Песня не могла не понравиться сельским жителям, хлопали активно и долго, чуть не вызвали девчонок на бис, но вышла ведущая и объявила:

– Следующий номер нашего концерта творчески переработанная всем известная песня «А он мне нравится!». Слова…, музыка…, аранжировка всем уже известного Соловьева Сергея!

Накануне я подошел к Лидии Федоровне и попросил меня называть Сергеем, а не дурацким Сережей.

После объявления выскочили на сцену и уселись на полу – я с гитарой, Янка с барабанными палочками, заимствованными у местного ВИА и Галька с маракасом, взятым там же. Уже после необычного начала зрители оживились.

Янка начала с мотива «I like that»:

– А, аа-а, а, аа-а! – и лихо застучала палочками по полу.

Галька поддержала ее шорохом маракаса, а я игрой на гитаре.

Ей говорят: он маленького роста,

Ей говорят: одет он слишком просто.

Ей говорят: поверь, что этот парень

Тебе не пара, совсем не пара.

Янка пела с другим, более быстрым темпом, отличном от исполнения Герман. Галька продолжила:

I like him, I like him!

О! О-о-о. О! о-о-о. О, о. о.

А он мне нравится, нравится, нравится,

И для меня на свете друга лучше нет.

А он мне нравится, нравится, нравится,

И это все, что я могу сказать в ответ.

Обе вместе:

О! О, о, о-о! О, о, о-о!..

По окончании все вместе сбежали за кулисы. Зрители были удивлены и поражены, но хлопали дружно, оживленно переговариваясь.

После стихов Ленки Животчук, снова я с гитарой. Пою, чтобы не выбиваться из темы любовной лирики, начатой Ленкой песню Вики Цыгановой:

Долгие века ищем мы любовь по свету,

А за нами пыль да вороньё.

В небе облака, на кресте рука,

Впереди любовь и кровь.

В самый трудный час только вера греет нас,

И спасает, вновь, любовь.

Любовь и смерть, добро и зло...

Что свято, что грешно, познать нам суждено.

Любовь и смерть, добро и зло,

А выбрать нам дано – одно...

Продолжаю «Женщиной средних лет»:

Женщина средних лет – не спешит с работы.

Перекресток и красный свет – можно и обождать.

Сердце чуть–чуть кольнёт – видно устала что-то.

Дома никто не ждёт, некого и ей ждать.

День её рожденья – вновь идёт в дороге.

Дай ей Бог терпенья и любви немного...

Ухожу со сцены под гром оглушительных аплодисментов. Похоже, что с каждой песней, исполненной мной, эмоции зала усиливаются.

Потом Закир исполнил лезгинку под бубен ВИА, на котором лихо отбарабанила Галька. С удовольствием посмотрел и похлопал вместе со всеми, ловкому чеченцу или дагестанцу, лихо перебирающего ногами, подпрыгивающему и вращающемуся в танце. По его словам, он родился где-то в Осетии, жил в Махачкале, где и закончил среднюю школу, а по национальности, по отцу чеченец. СССР в истории отдельной семьи.

Следующий номер с песней «Служили два товарища, ага». Опять солируют Янка с Галькой, а товарищей изображают Стас с Сашкой Цветковым, как самые артистичные из ребят.

Служили два товарища, ага...

Служили два товарища, ага...

Служили два товарища в одном и том полке.

Служили два товарища в одном и том полке.

Затягивают девчонки, а ребята изображают строевой шаг на месте, отдают честь и кивают на «Ага».

Вот пуля пролетела и – ага...

Вот пуля пролетела и – ага...

Вот пуля пролетела, и товарищ мой упал...

Вот пуля пролетела, и товарищ мой упал.

Ребята как бы проводили пулю головами, кивнули, а Стас свистнул. Сашка разлегся на полу, изображая упавшего товарища. Девчонки продолжили:

Тады ему я руку протянул,

Тады ему я руку протянул,

Ему я руку протянул – он руку не берёт,

Ему я руку протянул – он руку не берёт...

Стас склонился над упавшим, протянув руку, а Санька ударил по ней под слова песни.

Я плюнул ему в рожу и – ага!

Я плюнул ему в рожу и – ого!

Я плюнул ему в рожу – он обратно не плюёт,

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Я в моей голове

Похожие книги