— Есть ли возможность найти потомка семьи Бекшер? — спросил Виттор, снова откидываясь на стул и переплетая пальцы. Альфи колебался.
— Я не могу сказать наверняка, но можно попробовать.
— Думаю, мы могли бы поспрашивать.
"Может быть, именно этого от меня хотела Рейлин," — подумал Виттор.
Затем Альфи заявил:
— Мой долг — служить вам, но к чему такой внезапный интерес к семье Бекшеров?
— Я слышал, что семейная реликвия Бекшеров — это драгоценный камень под названием «Пламя святой Елены».
— Да, верно.
— Он мне нужен. Но если семья Бекшер в такой ситуации, я даже не знаю, когда я его получу.
Виттор вздохнул. Он сказал Рейлин, что отдаст ей «Пламя святой Елены» на их следующей встрече, но теперь он не был уверен, что сможет снова её увидеть в ближайшее время. Он вдруг понял, что уже с нетерпением ждет следующей встречи. В этот момент он снова вздохнул.
— Вам стоит пойти и проверить когда и как вы сможете его заполучить, ведь, в конце концов, это драгоценный камень.
— Каким образом?
— Если вы ищете драгоценный камень, не проще ли спросить у ювелира? Прошло двадцать лет, весьма вероятно, что он сейчас на рынке. Кроме того, ходят слухи, что большая часть активов семьи Бекшер тогда была продана.
— Я понял, — ответил герцог, решительно подымаясь.
Как только герцог встал со стула, Альфи засмеялся.
— Полночь, лорд Виттор. Вы же не планируете идти в ювелирный магазин в такой час?
— Конечно, нет, — мужчина, который слегка приподнялся со стула, когда почувствовал необъяснимое возбуждение, снова сел. Дворецкий улыбнулся и взял пустую чашку своего господина.
— Кстати, Альфи, как я могу преподнести женщине одежду в качестве подарка? — спросил Виттор. Услышав вопрос, Альфи не мог не рассмеяться. Раньше молодой господин не задавал вопросы, касающиеся женщин.
— Это не то, о чем ты подумал, — твердо сказал Виттор.
— Да, я понял.
— Правда, ничего такого!
— Да, да.
Несмотря на ответ Альфи, Виттор от неловкости топнул ногой.
***
На следующий день маркизат Дорсет окутала мрачная атмосфера.
Ираида, которая разгромила свою комнату, избила своих горничных и всю ночь суетилась, чувствовала себя настолько слабой, что у неё не было сил выйти из комнаты, и она осталась лежать в своей постели. У неё поднялась температура, а горло воспалилось от слишком громкого крика. Рейлин, как послушная дочь, сидела рядом с ней и поила её горячим чаем с лимоном из ложки. Затем Ираида хрипло заговорила:
— Теперь, когда ты выросла, то предпочитаешь притворяться, что вчера вечером не заметила, как твоя мать разозлилась?
— Это не так. Меня позвал брат, и мы немного поговорили, — послушно ответил девушка. — Я бы никогда не закрыла глаза на состояние матери.
— Верно. Когда я состарюсь, единственным человеком, которому я смогу доверять, будет моя доченька. Я живу благодаря тебе, — Ираида с улыбкой обняла Рейлин. Так она иногда делала, когда была в хорошем настроении.
— Если ты плохо себя чувствуешь, почему бы тебе не уехать с Его Величеством в Летний дворец?
— Летний дворец?
— В последнее время погода очень жаркая. Возможно, это лучшее время для посещения Летнего дворца. К тому же море совсем близко к нему.
Глаза Ираиды заблестели:
— Мы должны поехать в отпуск. Как думаешь, у Люциуса будет время?
— Если мой брат занят, отправляйтесь вдвоем. Таким образом, у вас будет более интимное путешествие.
Её слова, казалось, улучшили настроение Ираиды, и она рассмеялась, несмотря на боль в горле.
Император с радостью принял просьбу своей возлюбленной. Поездка была организована, и планы были выполнены с невиданной скоростью. Рейлин подумала, что император и сам рад был уехать куда-нибудь, чтобы потянуть время. И она была права: в этот момент Его Величество, вероятно, раздумывал, разрешить ли церемонию триумфального возвращения Западной армии.
Он давно откладывал вопрос о Западной армии. Он отказывал, бесконечно оправдываясь, но, если бы он дал свое согласие сейчас ради Люциуса, то ситуация была бы не очень приятной. Теперь, когда Виттор вошел в столицу, он больше не мог откладывать свое решение. В этой ситуации просьба Ираиды была прекрасным предлогом, чтобы оттянуть время.
Император хотел провести следующие несколько недель, наблюдая за поведением Виттора, прежде чем принять решение. Хоть это и позволит ему и дальше откладывать свое решение, его могут обвинить в пренебрежении своими обязанностями. С другой стороны, если выдвинутые требования не будут выполнены, критика упадет на правительство. В любом случае общественное мнение будет направлено в эту сторону.
Для Рейлин и Виттора так же все складывалось хорошо. Теперь у неё было несколько недель, чтобы сделать то, что она хотела.
И в полдень первого дня…
К усадьбе подъехали три груженых экипажа. Выгружалось бесчисленное количество одежды, манекенов и ящиков. Глаза дворецкого Асгарда изумленно раскрылись. В этом не было ничего необычного: это случалось всегда, когда Ираида покупала одежду. Однако сейчас маркизы здесь не было и дворецкий не мог понять в чём дело.
