Молодой человек, который стеснялся и не мог смотреть девушке в глаза, исчез, а на его месте появился Великий герцог Ормонд. Его черные, словно бездна, глаза смотрели на Рейлин.
Тон Виттора был суров.
— Я думал, что это было совпадение вчера. Я извинился перед леди Мэйм Клифтон и другими гостями и отправил их домой. Я спросил, почему рядом с вами не было Рандолфа… и тут мне в голову пришла мысль. Как вы, умная девушка, и не знали, что появится мадам Дорсет?!
— …
— Я сказал Рандолфу оставаться рядом с вами. Я знаю, что это имеет символическое значение, которое показывает другим, что я всегда рядом с вами и защищаю вас, даже когда меня физически нет рядом.
Рейлин отвернулась от его острого взгляда. Она не могла понять, почему он был расстроен.
— Но я не мог выбросить из головы, почему вы попросили Рандолфа покинуть дом в тот день, когда пригласили гостей. Вы знали, что мадам Дорсет вернется в тот день? Да?
— Я не… я не все знаю….
— Это не ответ. Это было спланировано вами или нет?
— …
Рейлин медлила с ответом.
Можно было помириться, не сказав ему ничего. Однако, было нечестно лгать, когда просили говорить правду.
— Да, — ответила Рейлин и взглянула на Виттора. Она заметила, что Виттор стал очень зол.
— Я не говорила, что это должно было «добавить больше огня». Я просто пригласила гостей на день возвращения моей мамы. И это было необходимо, — Рейлин немного вздохнула, но сказала честно. — Я хотела убедиться, что у меня есть возможность полностью разорвать отношения с госпожой Дорсет.
Любой, кто не знал, как сильно Ираида ненавидит дочь, теперь узнает. Любой, кто видел её на балу, также знал, что с ней плохо обращалась мадам маркиза Дорсет. Тем не менее, были люди, которые ценили семейные узы. Любой, кто не знал Рейлин и Ираиду лично, или люди вне круга общения, скажут, что какая бы ситуация ни была за закрытыми дверьми, нельзя так относиться к матери. Даже те, кто знал, подумали бы, что отношения матери и дочери не могут быть легко разорваны.
— Если бы не было повода, я не могла бы сразу получить титул Дорсет. Я взяла у Асгарда ключи и бухгалтерскую книгу, но движимого имущества в хранилище особняка — лишь малая часть.
— Рея.
— В случае управления делами, поместьем и другим имуществом в других местах, все поручаются представителям, а представители выбираются Его Величеством императором. Даже если я выйду замуж и унаследую титул, моя мать не откажется от него так просто. Однако, поскольку все сложилось так, ни император, ни Люциус не смогут встать на сторону Ираиды из-за её действий.
До сих пор перед императором она все больше вела себя как кроткая почтительная дочь. Теперь пришло время пожинать плоды.
— Кажется, будто я потеряла свое достоинство как Великая герцогиня Ормонда, но моя репутация в любом случае была бы подорвана. Для меня лучше быть бедной девушкой, чем заниматься чем-то вроде судебного разбирательства и брызгать мутной водой на имя Ормонд, — продолжала Рейлин.
Битва за собственность между матерью и дочерью была также битвой против правительства императора.
Рейлин нельзя было оставлять в таком состоянии. Не ради себя, а ради великой княгини Ормонд.
— Рея.
— Состояние маркиза Дорсет отнюдь не мало. Это очень поможет Вашей светлости в будущем. И наоборот, оно слишком велико, чтобы держать все в руках брата Люциуса.
Виттор закрыл лицо ладонью.
— Значит, вы хотите сказать, что позволить себя избить было необходимостью?
— Да, — без колебаний ответила Рейлин.
Не то, чтобы она не боялась, но поскольку это было нужно, она была готова пойти на жертву. Она всего лишь немного подготовила все для того, что вот-вот произойдет. Дальше дела пойдут так, как пойдут, но это ей пришлось вытерпеть.
— Я думал об этом с тех пор, как прошлой ночью лег спать, о том, как бы мне не разозлиться на вас. Я даже открыл глаза этим утром и напомнил себе об этом, но вы не успокаиваете меня своими словами.
Виттор был очень зол. Рейлин не могла понять почему.
— Почему вы злитесь? Извините, что не сказала вам заранее, но это было то, что может действительно принести вам пользу. Стоило лишь приложить немного усилий. Я не думала, что об этом стоит говорить. Никто не пострадал. Я слышала, что Элис вывихнула руку, но серьезной травмы не будет.
Её ударила Ираида, и гости это видели. Единственным несправедливо раненым человеком была Элис, которая прикрывала её и тоже была сильно избита.
Виттор вздохнул, услышав вопрос Рейлин. Действительно, что же его больше злило.
— Как ты? Сильно все болит? — сказал Виттор подавленным голосом.
Это было неожиданное замечание. Рейлин несколько раз моргнула.
— Рея, я сержусь, не потому что думал, что для того, что вы сделали, не было никакой причины. Я злюсь потому, что вы подвергли себя риску.
— Ну, я…это не было очень опасно, потому что я знала, что моя мать никогда бы не убила меня, — заикаясь, ответила Рейлин.
