— Тоби, а когда ты пойдешь устраиваться в Хогвартс?
— На неделе, думаю, — прикинул Снейп. — Обустроимся поплотнее, с соседями познакомимся, живностью обзаведемся… Хотя с последним можно и не спешить.
— Верно, с кошкой и самкой ре-эма не стоит торопиться, выбирать их следует с толком, — согласилась Эйлин.
— Так, с кошкой более-менее всё понятно, а ре-эм это кто и зачем? — насторожился Тоби, мысленно лихорадочно листая учебник Ньюта Саламандера «Фантастические твари и места их обитания», но всё, что пришло на память: это какой-то бык.
— Это чрезвычайно крупная корова. Здесь в Хогсмиде есть элитное стадо этих животных, благодаря чему на столы Большого зала Хогвартса бесперебойно поставляются молоко и молочные продукты: творог, сметана, пудинг, сыр. Хм, подумать только, — Эйлин криво усмехнулась, — Дамблдор хотел прервать контракт с молочной фермой Кларенса, дескать, обойдутся дети без источника кальция. Ну не негодяй ли он?! Так как, Тоби, ты не против хорошей коровы? Или мы будем брать молоко в молочной лавке? — посмотрела она на мужа.
— Да нет, бери, я не против, — кое-как справился Тоби с удивлением. Оказывается, это добрый дедушка Дамблдор лишил студентов счастья подкрепиться стаканом вкусного полезного молока за завтраком. — А яйца? — автоматом родился второй вопрос.
— Яйца будем покупать у Чипсайдов, у них отличный продуктовый магазин, — улыбнулась Эйлин, взглядом лаская супруга.
Тоби вздохнул — понятное дело, Эйлин всех тут знает, за время-то обучения в Хогвартсе. Погревшись в теплых лучах любви, источаемых черными жаркими очами любящей жены, он кротко спросил:
— Кто такой Ландо? Он был тут днём с Реддлом и Хагридом.
— Лайдаун Лавгуд? — в глазах Эйлин сверкнули смешинки, когда по лицу Тоби скользнуло озарение.
— Папа Ксено?! Боже… А почему Лежебока-то?
— Да шут их знает, — пожала плечами Эйлин. — Все они со странностями, эти Лавгуды, и имена у них с прибабахом.
— Погоди, Лавгуды наши соседи? — дошло до Тоби. Эйлин кивнула.
— Ну да. Ещё у нас в соседях Хагриды, Кеттлберн и Ранкорны.
— Ты сказала: «Хагриды»? — завороженно переспросил Тоби, непроизвольно затаивая дыхание.
— А тебе не говорили, что Руби женат? — спросила в свою очередь удивленная Эйлин. Нахмурилась, вспоминая: — Хотя… Действительно не говорили. Его жена происходит из нидерландских великанов и такая же полукровка как Хагрид, зовут её Анна, в девичестве Когес.
— А почему она на твой день рождения не пришла? — слегка возмутился Тоби.
— Не буду говорить почему, ты сам увидишь, — уклонилась Эйлин от ответа. Пришлось принять и удовлетвориться пока этим. И спросить другое:
— А сколько на свете полувеликанов?
— Да вроде девять по всему миру, — нахмурилась Эйлин. — Руби вот наш из Англии, Анна из Фландрии, Олимпия Максим из Франции, Гуго из Йотунхейма, ещё двое в Индии и трое где-то в России, оттуда к нам один приезжал по обмену опытом — Степан Степанов, маггловский русский полицейский, как там… ми-ли-ционер, — с трудом выговорила Эйлин чужие глаголы. — На него весь Лондон сбежался посмотреть…
— Господи, он что, прямо так и показался всем? — поразился Тоби. — Без соблюдения Статута?..
Эйлин на это грустно пожала плечами, после чего разговор застопорился и было решено закруглиться. А так как после обеда положен променад, то супруги решили развеять возникшую печаль и прогуляться вдоль по улочке.
Зеленая и тихая, она все печали вмиг развеяла без остатка, грея теплым солнышком с неба и обдувая нежным ветерком. Северус в коляске, обрадованный Аргус, скачущий впереди и вокруг, рыжие белки, снующие по деревьям, и незабвенная птичья трель, звоном льющаяся в воздухе, всё это здорово подняло настроение супругам Снейп, и «предательство» русского милиционера начало забываться.
— А ну стой, паршивец! — подобно петарде из ниоткуда в тихую нирвану ворвался возмущенный женский вопль. В следующую секунду из калитки впереди выскочил мужичонка, вслед за ним вылетели заклятие и пышнотелая мадам с палочкой наперевес. — Стой, я сказала! За пивом он побёг, ага… Я, значит, на сутки раньше с работы освободилась, а он тут с дружками пиво хлещет… Так вот тебе пиво, засранец!
На сей раз заклинание из палочки попало — мужик превратился в пивной бочонок. Отведя душу, мадам скрылась за калиткой, из которой вскоре выкатились ещё три бочонка. Давясь от смеха, Эйлин покачала головой, вынула свою палочку и кинула на бочонки контрзаклятие:
— Финита Верто.
Хлопнув, бочонки исчезли, и вместо них на траве распластались четверо дружков. Очумело глянув на спасительницу, они подхватились и стреканули прочь, от спешки забыв даже поблагодарить. Проводив их снисходительным взглядом, изрядно позабавленный Тоби поинтересовался у Эйлин:
— Соседи?
— Только один, — хихикнула Эйлин. — Тот, который первым был заколдован женой. Его дружки теперь не скоро появятся, это превращение они надолго запомнят.
Что ж, Тоби его тоже надолго запомнил. Хорошо запомнил, накрепко. Ибо это спонтанное знание ему скоро жизненно пригодится. А именно, через несколько дней, когда им придется наведаться в Лондон.
