После убийства его отца он оставил родину и общество друзей и отправился в Иран на службу к шаху Тахмасбу. Но упомянутый государь не оказал ему помощи и содействия, и тот возвратился в свой вилайет в полном отчаянии. В областях Налейн[846] и Дибале он перебил наместников мир 'Иззаддина, брата мир Сулаймана, и стал владетелем упомянутых областей. После смерти мир Сулаймана он завладел всем вилайетом Бабана и оказался суверенным правителем. В отношении шаха Тахмасба им были допущены действия неподобающие. Шах Тахмасб три раза посылал против него войска, и все три раза поражение терпели кызылбаши. Хаджжи Шайх вышел победителем, хотя от эмиров и правителей Курдистана к нему не примкнул никто, кроме нескольких добровольцев и ученых, что взялись за луки и стрелы для священной войны за веру; больше ему никто не оказал содействия.
В 941 (1534-35) году, когда султан Сулайман-хан Гази завоевал стольный город Багдад и там остановился на зиму, Хаджжи Шайх отправился облобызать султанский порог. Когда он прибыл в округ Марга[847], население того округа единодушно выступило против него. Во время охоты, точнее, когда он со считанным числом [людей] был занят чтением предписанной законом молитвы, одержимые дивами курды обрушились на него, подобно студеному ветру, сверкающими мечами потушили пламеневший в нем огонь жизни, уподобив [его] черному праху. Его брат по имени Амира-бек тоже /
Когда его отец был убит чернью округа Марга и эта новость достигла в Багдаде достойного и славного слуха монарха, [в знак] безграничного благоволения государь ему пожаловал княжество Бабан, и в продолжение шестнадцати лет в отношении раийятов и знати следовал он путем ласки и великодушия. [Тогда], побуждаемый некоторыми [из] великих, что будет подробно изъяснено [при описании] событий последующих, претендентом на управление Бабаном выступил сын мир Сулаймана Хусайн-бек, и диваном государя с достоинством Сулаймана [власть] была закреплена за ним. Поддерживаемый правителем Имадии Султан Хусайном, он направился, дабы вступить во владение наследственным вилайетом. Будак-бек, будучи не в силах оказать им сопротивление, бежал, прибегнув к покровительству двора шаха Тахмасба. После шести месяцев скитаний [Будак-бека] по той стране великий везир Рустам-паша доставил его из Ирана в Стамбул, надеясь возвратить ему княжество Бабан, и управление Бабаном [в знак] высочайшей монаршей милости было дарованному. Отмеченный и вознесенный среди равных безграничными царскими щедротами, он изволил возвратиться в [свой] наследственный
Когда он прибыл в местечко, [называемое] Рабийе-Бугак[848], [в сопровождении] около восьми тысяч пеших и конных его встретил Хусайн-бек, желая [вступить] с ним в битву. Не пало на поле брани и десяти человек, а Хусайн-бек уже пустился в бегство, направившись к сулайманову порогу. Когда благодаря посредничеству великих эмиров он удостоился лобызания [государева] порога, вышел непреложный султанский указ, дабы /
Хусайн-бек со всею поспешностью устремился в область абан. Дело закончилось сражением. В той битве Хусайн-бек со своим братом Рустам-беком отправился в потусторонний мир. Когда эти известия распространились при сулаймановом дворе, вспыхнуло пламя сулайманова гнева, и поручил он курдским эмирам, соседям Бабана, свергнуть Будака. Будак, будучи не в силах оказать тому сборищу сопротивление, бежал, обратившись за покровительством к [правителю] Имадии Султан Хусайн-беку. Султан Хусайн-бек доложил об истинном положении дел его у подножия трона — прибежища счастья — и изъявил просьбу даровать его проступкам монаршую милость и всепрощение и пожаловать ему наследственные владения. Милосердный султан по просьбе правителя Имадии простил его ошибки и вместо княжества Бабан даровал ему округ Айнтаба[850], а удел Будак-бека передали некоему Вали-беку на правах
Когда в Конии между великими царевичами Салимом и Султан Байазидом вспыхнула распря и ссора, Будак-бек взял сторону Султан Байазида и отправился в Кутахийе[851]. И вышел непререкаемый, как судьба, указ [на имя] Султан Байазида убить Будак-бека Бабана, что был из числа его подстрекателей, а голову его отослать к высокому двору. [“И тогда, — говорилось в указе, —] мы укроем его грехи полою отпущения и даруем его проступкам царское снисхождение”.
