И не своими – тоже: в конце мая к нам приехал лично Сергей Алексеевич Лебедев. Мужик абсолютно гениальный, но немного суетливый, жадноватый и в чем-то даже глупый. И очень, очень честолюбивый, но все же наш, нижегородский – так что мозги ему вправить будет, по моему убеждению, несложно. По крайней мере я точно знал, с чего такое вправление начать – и предложил Юрию Исааковичу сначала Лебедева ко мне отправить на переговоры…
Иосиф Виссарионович, после окончания совещания по сельскому хозяйству, на котором обсуждались итоги прошедшей посевной, как бы мимоходом спросил и Станислава Густавовича:
– Слава, вы сейчас у себя вычислительную машину установили, она вам в работе-то сильно помогает? Мне товарищ Берг говорил, что для его задач машина весьма хороша, и Лаврентий Павлович упоминал, что в Арзамасе-16 физикам она весьма понравилась, но там, как я понимаю, задачи исключительно расчетные, а у тебя все же больше по статистике…
– Пока не очень помогает, мы же машину всего месяц как получили. А чтобы она действительно помогала в работе, для нее нужно много специальных программ написать, а мои специалисты эту науку только осваивать начали. Да и сейчас на ней и обрабатывать информацию трудновато, но если товарищ Бещев запустит, как обещает, к осени завод по производству накопителей информации, я сводку вроде сегодняшней смогу получать вообще за полчаса. За полчаса, а не за месяц – и у меня сейчас даже сомнений нет в том, что так и будет.
– Интересно… а ты можешь мне вот на какой вопрос ответить: как это получилось, что какой-то мальчишка придумал машину в десятки тысяч раз лучше, чем самые опытные специалисты сумели сделать?
– Могу, я у этого мальчишки специально об этом спросил и он мне ответил. Ты знаешь, а он ведь на самом деле не знает, как эта машина сделана, и ему это даже неинтересно. Машину разработали люди, разбирающиеся в очень многих науках, а он лишь стоял рядом и рассказывал, что ему от этих людей получить хочется. Но вот как раз про это он очень однозначно говорил, и ему сделали именно то, что он хотел. И так, как он хотел – но пока еще ее просто не доделали. А вот когда доделают, вычислительные машины где угодно можно будет применить с огромной пользой.
– То есть как это он не знает, как она устроена?
– Вот так: не знает и всё. Зато он знает как ее можно использовать и что для такого использования в машине нужно. Сначала они к машине подключали то, что под руку подворачивалось, но и то с существенными доработками, а теперь придумывают устройства, которые специально для такой машины делаются. Те же накопители информации, устройства ввода информации при помощи телевизора и клавиатуры – и мальчишка тоже не знает, как они устроены: он разработчикам просто эти устройства описывал и ждал, когда ему их изготовят. Потому что он придумал, заранее придумал, как их можно с пользой применить – и добивался того, чтобы ему делали именно то, что нужно. Что ему нужно – а уж он дальше с помощью своей математики… в основном все же логики…
– Математической логики.
– Да, так, наверное, будет правильно это описывать. Так вот, машина у него одна – я имею в виду конструкцию. А вот программы для нее уже разные. И для тех же физиков он придумал – сам придумал, я проверял – специальный язык, с помощью которого любой физик или математик расчетную программу написать легко сможет и нужные ему результаты быстро получить. Но вот для работы со статистикой этот язык не очень удобен, и он для разработки статистических программ новый язык придумал, под названием «Аналитик». И опять: ему неважно, как из строк этого языка получится программа в машинных кодах, он просто дал поручение рабочей группе, чтобы те разработали программу перевода строк языка в эти самые коды – и снова просто сидит и ждет, пока ему эту программу разработчики не напишут.
– То есть просто ходит и ценные указания дает: сделайте так, чтобы была я владычицей морскою и чтобы рыбка была у меня на побегушках.
