– Поблизости – это, конечно, неплохо, но что нам мешает самим отправиться туда, где будет цирк в ночь цирколуния?
– А ты знаешь, где он будет? Умеешь видеть его афишу? – вмешалась Вив.
Тину словно погладили против шерсти, но она заставила себя подавить раздражение.
– Нет, но я могу спросить яггера…
– Который может не узнать о том, куда они едут, до самого последнего момента, и тогда мы просто не успеем туда добраться. – Вив покачала головой. – Нет, надежнее привести цирк сюда, к нам.
– Но как?
– Твой яггер. Пусть он подменит афишу на другую, в которой указан Верходновск.
Вив кинула взгляд на Ивара, тот достал телефон и показал экран, на котором красовалась цирковая афиша.
– Мы ее уже подготовили. Все, что нужно сделать твоему яггеру, – распечатать ее и выдать за настоящую. Тогда цирк твоего иниция сам приедет к нам точно к ночи цирколуния.
Тина почувствовала, как от предвкушения покалывает кончики пальцев. Цирк будет здесь, в городе, она сможет в него войти, сама заберет артефакт, а там привет, Первый фамильяр и долгожданная свобода. Впрочем, свободу она может получить еще быстрее, когда ее яггер избавится от Кристины. Первый фамильяр Первым фамильяром, а страховка не помешает.
Кристина стояла напротив принтера и чувствовала себя дуэлянткой, которой вот-вот предстоит стреляться с противником. Ну, кто кого?
Кабар вышел из трейлера Сола только ближе к вечеру. Никому ничего не сказав, метатель ножей стремглав зашагал куда-то прочь от цирка. Никто и не подумал задавать ему вопросы и уж тем более останавливать его; от метателя ножей кругами расходились почти ощутимые волны гнева и ярости.
Не зная, как быть, циркачи попрятались по своим автобусам и трейлерам. Слишком измученные событиями последних дней, они не хотели требовать и решать, действовать и протестовать и просто отдались течению. А может, и хотели бы, но у них просто не осталось сил. Сдаться потоку судьбы куда проще и легче, чем бороться с ним. Пусть несет. Куда-нибудь да вынесет. А если не вынесет – что ж, значит, не судьба. Простая, давно проторенная дорожка самоуспокоения для тех, кто решил сдаться…
Это был идеальный момент для того, чтобы проникнуть в трейлер Сола незамеченной и выяснить уже наконец свои отношения с принтером и цирком – раз и навсегда! И Кристина решила не откладывать, хотя в глубине души ей, так же как и другим, хотелось малодушно сложить руки на груди и пустить все на самотек. Пусть кто-нибудь другой все решает, ей что, больше всех надо?
Но Кристина слишком хорошо помнила, как всю свою предыдущую, доцирковую жизнь делала именно так – складывала руки на груди и, недовольная своей жизнью, просто ждала, ждала, что все как-то само изменится. Что ж, теперь она точно знает, к чему приводит такой подход. И теперь она – не Кристина из никому не известного Верходновска, теперь она – Крис из «Колизиона». Ну, или, во всяком случае, ей хочется ею быть. А Крис из «Колизиона» не сидит на месте и не ноет на несправедливость судьбы, Крис из «Колизиона» решительна и готова к действиям.
В трейлере Сола царило запустение, никак не связанное с бардаком. Это ощущение витало в воздухе и словно напоминало о потере. Принтер темной громадиной стоял в самом центре, подавляя и притягивая одновременно. И сейчас для Кристины он был не просто нематериальным предметом, а самым настоящим воплощением цирка, практически живым существом, которое она воспринимала как врага… Хотя, если вдуматься, он все же скорее должен был быть союзником.
– Ну? – негромко спросила Кристина у принтера. – Что с тобой делать будем?
Принтер молчал.
Кристина ждала.
Минуты утекали за минутами, и вместе с ними что-то утекало и из сердца, оставляя в нем дыру. Казалось бы, Кристина должна была испытать облегчение: нет, все-таки не ее выбрал цирк директором, а это значит – ура, не придется тащить на себе ответственность, которой она так боялась! Но вместо радости и облегчения в душе поселились растерянность и разочарование.
– Значит, это было ошибкой, да? – наконец признала очевидное Кристина, подошла к принтеру и похлопала его по боку, словно он был своенравной, но любимой лошадью. От напряжения и вызова, с которыми она вошла сегодня в трейлер, не осталось и следа. – Но кто же тогда директор, а? Нам бы его найти, потому что, знаешь, ну очень не хочется опять сталкиваться с гончими.
Ладонь ощутила легкую вибрацию, идущую изнутри громады принтера, а затем и нарастающее тепло. Кристина не поняла, от принтера оно идет или от следа ожога, но когда отняла ладонь от пластикового бока, тепло тут же исчезло.
В недрах механизма нарастал шум, замигали огоньки на приборной панели, и вот принтер загудел. И сердце забилось с удвоенной силой. Значит, все-таки она!
Решив раз и навсегда избавиться от всех сомнений, Кристина подбежала к маленькому окошку и выглянула наружу. Она хотела убедиться, нет ли кого-то еще рядом с трейлером, на кого мог сработать принтер.
На улице оказалось пусто.
Что ж, вот теперь все, никаких сомнений больше быть не может.
