Щегол полностью

— Дамы и господа, вы находитесь в гостях у рода Беркутовых-Туманных. А мы — ни разу не мальчики-зайчики и не девочки для битья! Поэтому Спрута, имевшего глупость испортить день рождения моего брата, больше нет. Да-да, вы не ослышались: Черный Беркут догнал лимузин Амосова и воздал сторицей за попытку убийства ста семидесяти шести человек. Кстати, могу показать, как выглядит труп несостоявшегося убийцы: наша ГБР уже доехала до места боя и прислала картинку…

На этом моменте трансляция из зала для приемов прервалась, а Иришка сообщила, что зависнет над местом десантирования через пять секунд.

Мы, Беркутовы-Туманные, привыкли и к убийственным «падениям» к земле, и к безумным торможениям, а Воронецкая и Карамзина… хм… почти одинаково помянули чью-то мать и, извинившись, метнулись следом за нами.

Накидывать невидимость я не видел смысла, поэтому жестом попросил женщин следовать за нами и ушел в серию рывков. Метров шестьсот-семьсот пронесся в режиме Богатыря, чтобы Императрица ненароком не отстала, а метрах в сорока от расщелины остановился, и, дождавшись дам, показал на «густой колючий кустарник»:

— Это иллюзия. А под ней, на самом дне скальной расщелины глубиной аж двенадцать метров, находится схрон, добросовестно укрепленный бетоном. Какое количество людей прячется внутри, я, откровенно говоря, не знаю. Зато знаю, что на прошлой неделе этого схрона не было. И что не далее, как вчера Лев Абрамович приобрел для меня этот бесхозный кусок земли…

— Толково! — довольно ощерилась Людмила Евгеньевна, а Карамзина хмуро полюбопытствовала, как я собираюсь выманивать «паразитов».

— Для начала попрошу Свету быстренько активировать «гвоздики», которые мои люди втихаря разместили вокруг расщелины… — ухмыльнулся я, повел рукой, и младшенькая метнулась к трухлявому пеньку, между корней которого ее батюшка спрятал блок активации всего «кольца» из артефактов. А после того, как увидел подтверждающий кивок, продолжил объяснения: — Все, теневики мимо нас не проскользнут. Значит, вы, Людмила Евгеньевна и Оля, останетесь тут, а мы со Светой перекроем еще два вектора возможного отхода, и я постучусь в схрон. Площадным навыком, напоминающим оглушение. Особо дохлые противники его не переживут, а некоторые Бояре, Богатыри и Князья — если там такие имеются — полезут наружу, как тараканы…

Шарашить по схрону ледяным адом я не рискнул. Из-за того, что этот навык уже неплохо раскачался и мог отправить к предкам обеих «помощниц». Поэтому провел натурные испытания летнего варианта этой дряни, который, кстати, назвал мозголомкой. Один из двух Бояр мгновенно склеил ласты и начал «сереть». Второй жил секунд восемь-десять, но, как я понял, не смог сообразить, в какой стороне следует искать выход из схрона, и тоже откинулся. А Богатыри действительно изобразили тараканов. По очереди. Но «гвоздики» работали, как часы, а злобствующая Кувалда и ассистировавшая ей Людмила Евгеньевна выносили одного за другим точечными ультимативными атаками. Ну, а мы фактически бездельничали. В смысле, прикрывали эту парочку воздушными стенами и не давали «жертвам» упрыгать в лес, снова уйти под невидимость и свалить. Так что били только оплеухами, фиксировали уродцев прессами и изредка ловили колючими побегами или цепкими корнями.

Кстати, пока мы развлекались возле расщелины, Недотрога, ветераны из ее отделения и взвод вояк из спецотдела разнесли ангар с фургонами.

Причем, вроде как, кого-то взяли живым. А мы даже не пробовали: когда последний Боярин, запаниковав, решил сдаться, Императрица «не заметила» поднятых рук и не услышала ни одного из умоляющих воплей. Да и добила этого типа сама. Потом удовлетворенно оглядела место боя, полюбопытствовала, кому будет поручена проверка схрона, выслушала мой ответ, спокойно дождалась прибытия ГБР и следом за нами попрыгала к полянке, на которую Иришка посадила «Орлан».

Обратный перелет прошел в сосредоточенном молчании. Хотя нет, не так: государыня позвонила мужу, спросила, выяснили ли, кто, а главное, как запустил «Тюльпаны», а потом слушала то, что он говорил ей в гарнитуру. Ну, а мы не отвлекали — смотрели в иллюминаторы и думали кто о чем.

На крышу особняка сели штатно, дождались выключения двигателей, вышли наружу и спустились в зал для приемов, в котором к этому времени собрались все наши гости. При нашем появлении на возвышении в помещении стало шумно, но я подошел к Полине, «удержавшей» эту толпу от глупостей, приобнял за плечи и холодно усмехнулся: