«Можно подумать, – писал позднее Топп (34 потопленных судна, 185 тысяч 434 тонны), – что Дёниц не знал, как отзывалось большинство подводников о фюрере и нацистах…»
В начале 1945 года Мертен получил звание – капитан первого ранга. Советские войска всё ближе подходили к Кёнигсбергу. Началась эвакуация подводников учебных флотилий. Операция прошла удачно – все субмарины благополучно покинули Восточную Пруссию. Не повезло только курсантам из Пиллау, следовавшим вместе с гражданскими беженцами на лайнере «Вильгельм Густлов» (потоплен советской подлодкой С-13 под командованием Маринеско). Из 918 матросов и офицеров подплава не удалось спастись 406 – почти половине. Все они были молодые, необстрелянные пацаны, ещё не побывавшие в боевых походах. Их смерть, в общем-то, мало что решала. Подводная война была давно проиграна.
Сам Мертен благополучно добрался до Гамбурга. Там и был взят в плен американцами. 30 июня он был отпущен на свободу. А чуть позже стал свидетелем ещё одного военного суда – над командиром U-852 Хайнцем Экком.
13 марта 1944 года U-852 торпедировала в Индийском океане греческое судно «Пелеус». Экк всплыл и приказал расстрелять спасавшихся из пулемётов. На мостике возникла ссора.
– Ты спятил, Хайнц! – хватал командира за грудки старший механик Ганс Ленц. – Это свинство!
Механика поддержал вахтенный офицер Герхард Колдиц. Но Экк удалил с мостика всех. Наверху остался он сам, офицер Август Хофман и врач Вальтер Вайспфенниг. Они принялись расстреливать греческих матросов. Команда почуяла неладное и начала роптать. Экк прекратил расправу и спустился вниз.
– Что-то мне кажется, – обратился по громкой связи к матросам командир, – что настроение на борту неважное. Прошу всех помнить, что мне нелегко было принять такое решение…
Но команда не простила командира. Через месяц подводную лодку настигли корабли англичан. При маневрировании Экк выскочил на мель у побережья Сомали. Экипаж в полном составе попал в плен. Тут-то возмущённые подводники и «заложили» своего командира.
Обложка журнала «Bord Zeitung», № 4, 1937 года с фотографией лайнера «Вильгельм Густлов» на стапелях верфи «Blohm & Voss» в Киле
Кёнигсбергский район ластадий рядом с Прегелем,
Гавань Хундегатт и склады на Гроссе Кранштрассе,
Кёнигсбергский порт,
Из всего экипажа «Пелеуса» выжили три человека. Они 49 суток дрейфовали в море на спасательном плоту. На суде в Гамбурге они стали главными свидетелями.
17 октября 1945 года Хайнца Экка, Августа Хофмана и Вальтера Вайспфеннига расстреляли американские солдаты.
Это был единственный суд над военными преступниками из числа немецких подводников. Справедливости ради надо сказать, что были ещё два случая расстрела немцами спасавшихся.
17 августа 1942 года в Баренцевом море U-209 (командир Генрих Бродда) потопила советский буксир «Комсомолец», который тащил баржу с людьми. Лодка всплыла и расстреляла из пулемётов всех, кто пытался спастись на шлюпках. Погибло 305 человек.
27 июля 1943 года, опять в Баренцевом море, U-255 (Райнхард Рехе) артиллерийским огнём уничтожила советский гидрографический бот «Академик Шокальский». Затем подлодка таранным ударом потопила спасательную шлюпку с матросами. Выбравшихся на лёд уцелевших моряков субмарина обстреляла из пушки. Немцы уничтожили 11 человек.
Но Генрих Бродда и Райнхард Рехе избежали судебного наказания. Вместе со своими лодками и экипажами они погибли задолго до окончания войны.
Всего в боевых действиях в годы Второй мировой войны участвовали 1 170 немецких подводных лодок, 753 из них погибли. Значительное число офицеров и матросов этих субмарин проходили подготовку в учебных флотилиях в Пиллау и Кёнигсберге.
Поздним вечером 20 июля 1944 года Генрих граф фон Лендорф-Штайнорт выехал из Кёнигсберга в своё родовое поместье. Граф спешил и выжимал из автомобиля всё, на что он был способен. Когда до цели оставалось совсем немного, фон Лендорф увидел на обочине фигуру человека. Мужчина отчаянно размахивал руками. Генрих ударил по тормозам. К остановившемуся автомобилю подбежал Курт – крестьянин из соседнего хутора.
Граф фон Лендорф-Штайнорт
– Поворачивайте, – шёпотом произнёс Курт. – В вашем доме гестапо…
Крестьянин скрылся в темноте. Генрих смотрел ему вслед, нервно барабаня пальцами по баранке.
«Бежать? – размышлял Лендорф. – Но эти мерзавцы арестуют жену и детей. Рассчитывать на благородство мясников фюрера бессмысленно. Бросить семью в такой момент – трусость…»
Граф решительно надавил на газ. Через двадцать минут его автомобиль въехал в поместье. Фон Лендорф открыл дверцу и спокойно направился к стоявшим на крыльце дома гестаповцам…
