На улице уже стемнело, но фонари ещё не зажгли. В полумраке Андрей разглядел девушку, лежащую на ступенях собора, из окровавленной груди её торчала рукоять ножа. Серов наклонился над девушкой, но жизнь уже покинула её тело, а чья-то тёмная фигура в плаще уносилась с площади по направлению к одной из боковых улиц. Непонятно, куда делась стража возле ратуши, и почему площадь была пуста в этот час. Но времени на раздумья не было, и Серов помчался за убегавшим. Сократив расстояние, маг сшиб его с ног «каменной волной» — заклинанием стихии земли, заставившим почву содрогнуться под ногами, и изрядно изломавшим кладку мостовой. Затем, особо не колеблясь, он швырнул в убийцу огненным шаром. Тот вспыхнул, как живой факел, на несколько мгновений ярко озарив площадь и огласив её жутким предсмертным воплем… Тут как раз подоспела одна из групп стражников, патрулировавших город. Патрульные, выхватив клинки, подбежали к нему, но Андрей стоял над догорающим трупом, и не собирался сопротивляться, что только облегчило их работу. Они налетели на него и повалили наземь, не стесняясь превысить необходимую силу, секунда — и он лежал лицом на мостовой а два дюжих стражника скручивали руки за спиной. Из разбитого носа юноши текла кровь.
— В Управу его. Вы двое останьтесь здесь. Осмотрите место двойного убийства. — Сказал один из патрульных, видимо, он был главным.
Андрея рывком, чуть не вывихнув руки в суставах, поставили на ноги и повели куда-то. Из своего нынешнего положения он мог видеть лишь дорогу под ногами. Впрочем, шли они не более десяти минут. Они вошли в какое-то здание, где у задержанного отобрали рюкзак, поясную сумку вместе с поясом, и бесцеремонно обыскали, изъяв содержимое всех карманов, несколько оборвав одежду. После этого, не развязывая руки, чародея затолкали в камеру с решетчатой дверью.
— Загорай, завтра с тобой разберемся. Да и упаси боже тебя какой-нибудь магический фокус выкинуть. Понял?!
— Мне незачем прибегать к колдовству. Если бы я хотел сопротивляться, ваш отряд разделил бы участь убийцы ещё там, на площади. — Спокойно ответил Андрей.
Но стражник его уже не слушал и ушел.
Камера представляла собою небольшое, изрядно замызганное помещение. Сероватая штукатурка на стенах местами осыпалась, открыв кирпичную кладку. В углу валялась тонкая соломенная подстилка, служившая, должно быть, постелью для заключённых, в другом углу — вонючее ржавое ведро. Маг вздохнул, и, без проблем сняв путы с рук, стал устраиваться спать. Сбежать из этой камеры для него не представляло особого труда, однако Серов решил, что лучше остаться. Он был настолько уверен в правоте своих деяний, что даже не сомневался, что утром его выпустят. А вот побег наверняка превратил бы его в преступника, желающего избежать правосудия.
Ночь прошла спокойно, чародей, не смотря на неудобства и спазмы пустого желудка, умудрился немного поспать. Правда, ближе к рассвету он замёрз, а стражники отобрали у него даже плащ. Наутро ему принесли миску с холодной кашей непонятного происхождения. Андрей брезгливо посмотрел на эту пищу, но, не смотря на зверский голод, не стал её есть. Целый день бездействия чуть не доконал мага, он переживал по поводу того, что теперь встреча с куратором не состоится, а он сам, быть может, останется гнить в заключении на неопределённый срок.
Лишь под вечер к нему пришел посетитель, пожилой мужчина крепкого сложения, седовласый, с лысиной на макушке, повязкой на правом глазу, в дорогих одеждах знатного горожанина, по виду которых сложно было судить о роде его деятельности. Ему поставили стул напротив камеры Серова, и он, усевшись, начал разглядывать заключенного. Тот тоже посмотрел на него, не избегая прямого взгляда. Оба примерно с минуту изучали друг друга, и сторонний наблюдатель поразился бы наглости оборванного, избитого, заляпанного кровью и извалянного в пыли молодого человека, глядящего на визитёра так, будто они были на равных, а решётка, разделявшая их, и вовсе не существовала.
Эта безмолвная бравада, похоже, весьма позабавила посетителя, но это проявилось лишь в едва уловимой ухмылке, скользнувшей по губам, да в насмешливом блеске, на мгновенье промелькнувшем в единственном глазу.
— И ты, конечно же, невиновен. — Сказал мужчина.
— Я убил убийцу девушки, и этого не отрицаю. — Ровным голосом ответил Серов, каким-то шестым чувством определив, кто сидит сейчас перед ним.
— А кто тебе сказал, что он убийца?
— Аурический след его лежал от ступеней собора. — Пояснил маг. — Этот же след я увидел на рукоятке ножа, когда наклонился над девушкой, чтобы помочь ей. Но, увы, она была уже мертва. В темноте моё зрение само по себе перестраивается на аурический спектр, а фонари на площади на тот момент ещё не зажгли, было темно.
— Допустим. Кто же тогда дал тебе полномочия судьи и палача в одном лице и это в первый же день на территории Империи?
