Путники направлялись к центральной площади, где стоял небольшой, по имперским меркам, собор, однако его размеры были не важны — он представлял собой настоящее произведение зодческого искусства. Устремлённый ввысь, белокаменный, храм казался возвышенно-лёгким из-за стрельчатых окон, арок и остроконечных крыш, одну из которых венчал золотой крест. На его роскошных цветных витражах были изображены ангелы и святые. Андрей решил непременно посетить этот дом Господень, преклонить колени перед Святым Распятием. Он осторожно прощупал под рубашкой свой нательный крест, проверяя, на месте ли он.
Напротив собора распростёрлась длинная, построенная из песочно-жёлтого камня, радушная двухэтажная ратуша; на крыше здания развевался флаг Империи — золотой крест в центре делил полотно на четыре квадрата — верхний слева и нижний справа были чёрными, другие два — серебряными. Дверь ратуши была широкой, двустворчатой, на левой створке был изображён герб Империи, на правой — герб города. По обе стороны от входа стояли стражники с алебардами в стальных кирасах и серых плащах.
Кроме того, на площади стояло ещё одно здание, по сравнению с собором и ратушей имевшее слишком строгий и мрачноватый вид. Возведённое из чёрного гранита, облицованное понизу полированными плитами из того же материала, это трёхэтажное сооружение с прямоугольными окнами, заинтересовало Андрея даже больше, чем собор. К тому же, направлялись они именно к нему.
Подъехав поближе, Серов разглядел на дверях уже знакомый герб Инквизиции — серебряный крест на чёрном щите. Слева от герба висела чёрная гранитная табличка, на которой серебряными печатными буквами значилось: «УПРАВЛЕНИЕ ИНКВИЗИЦИИ города Путеводска».
— Андрей, будь пока здесь. Я договорюсь на счёт тебя.
— Хорошо… — Отозвался тот, испытав некоторое разочарование по поводу того, что ему нельзя войти в это здание. Бориславский же спешился, привязал лошадь к специальному столбику, и скрылся в помещении.
Где-то через полчаса Борис Борисович вернулся, отвязал лошадь, сел в седло и вручил Серову какую-то небольшую, тоненькую книжечку в чёрной кожаной корочке. Андрей тут же её открыл. На титульнике красовался его собственный чёрно-белый портрет, и было совершенно непонятно, откуда инквизитор его взял. Но чародей списал всё на магию, и, не задавая вопросов по этому поводу, стал рассматривать следующий листок, на котором значилось: «
Серов перевернул страничку. Далее значилось: «
Быстро прочитав всё это, Андрей поднял взгляд на Бориславского, и тот пояснил:
— Пока что это — твой самый главный документ в Империи. Это — твоя карточка испытуемого, и, если за время испытательного срока ты покажешь себя с лучшей стороны, и не получишь никаких нарицаний, её обменяют на паспорт гражданина Империи, и, возможно, разрешат тебе переехать в центральную часть страны. Теперь всё зависит только от тебя… Что ты так на меня смотришь, тебе что-то не понятно?
— Нет, с этим всё ясно… Я не знал, что вы — граф.
— Ах, это… И что, это что-то меняет, что теперь ты сверлишь меня взглядом?
— Извините, милорд, но, это странно, когда граф выглядит так просто… на вас обыкновенная инквизиторская форма без знаков отличия, за вами не следует свита, и вообще…
Бориславский рассмеялся:
