В Коровино галеон пришвартовался после полудня. На этой станции с корабля сходил коммивояжер Суконников и пожилая пара Порядиных с нашей палубы, из первого класса благородная дама с приживалкой и десятком слуг. Встречающие на причальной башне если и были, то их внимание заняла аристократка, которая первой покинула судно. Спокойно спустившись вниз по винтовой лестнице, мы дождались, пока носильщики спустят багаж. Затем Игнат отправился на поиски извозчика, а я бросила прощальный взгляд на галеон. Он уже отчалил и набирал высоту, расправляя боковые паруса для совершения маневра.
– Представляешь, в этой дыре совершенно нет транспорта, – вскоре вернулся возмущенный брат. – Безобразие! Управляющий сказал, на станции дежурят два экипажа, но сегодня оба заняла госпожа Крошинская. А нам придется вызывать кого-то из города, а это займет пару часов, либо ждать, пока штатные извозчики обернутся, что выйдет еще дольше. В любом случае, придется задержаться. Пешком идти – не вариант, до соседнего Карминска путь не близкий.
– Так, давай вызовем экипаж и подождем эти пару часов, – я не увидела проблемы.
– Не нравится мне здесь, – поделился сомнениями брат. – Какие-то личности подозрительные поблизости отираются. Предлагаю отправиться на постоялый двор, он отсюда в паре кварталов. Поспрашиваем, может, повезет и какая-нибудь оказия подвернется.
Вещи мы сдали в камеру хранения, заедем за ними позже, а сами пешком отправились на прогулку. Единственной достопримечательностью в Коровино была причальная станция для летающих кораблей, состоящая из посадочной башни и административного здания. Стоило только свернуть на соседнюю улочку, как в глаза бросалась неухоженность и нищета. Одно-двухэтажные домишки тесно жались друг к другу. На мощеной дороге после дождя остались следы грязных колес, тротуары отсутствовали как вид. Если возле станции и на близлежащей территории поддерживался хоть какой-то порядок, то дальше о нем, похоже, не подозревали. Прямо посредине дороги в луже развалился крупный хряк, над которым вились мухи, поодаль лениво бродили тощие куры. В прибитой дождем пыли играла малышня. За соседним забором надрывалась лаем собака.
Осторожно ступая, чтобы не испачкать обувь, мы растянулись гуськом, выискивая островки без луж и грязи. Наконец, добрались до двухэтажного строения с мансардой и линялой вывеской, на которой еще можно разобрать чугунок, ложку и стол с короткими ножками. Или последнее – это кровать? В общем, так себе местечко, которое переживало не лучшие времена. От мостовой до двери заведения вел настил из подгнивших досок, которые угрожающе скрипели и грозили в любой момент подломиться. Внутри полутемного помещения витал запах скисшего пива и жареного лука. Очевидно, вечерами постоялый двор служим местом для посиделок и пользовался популярностью среди местных забулдыг. Интерьер соответствовал: грубо сколоченные столы с липкими на вид столешницами, тяжелые лавки, заплывшие восковым нагаром подсвечники. Похоже, электричество и магию, его поддерживающую, здесь отродясь не видели. Так же, как номера не знали нормальной уборки, а постели – чистого белья. Впрочем, на пару часов сгодится и это, не в нашем положении привередничать.
Вот только задержаться пришлось до утра, потому что экипаж из Карминска так и не прибыл, а местные возницы остались в имении Крошинских. У хозяина постоялого двора мерин сдох еще в прошлом месяце, чему я ничуть не удивилась. Правда, за медную монету он подсказал, у кого из местных имеется лошадь с телегой.
Отправили Егорку договориться насчет найма, а сами заселились в номер. Пожалуй, лучше было остаться на станции, там хотя бы комната ожидания соответствовала принятым стандартам. Однако не хотелось объясняться с бывшими попутчиками, по какой такой надобности мы сошли в Коровино. Они относились к той категория людей, которым до всего есть дело.
Мальчишка вернулся через час и обрадовал, что хозяин лошади подрядился отвезти дрова на дальний хутор и вернется только к вечеру. Лошадка старая, ей отдых потребуется, стало быть, нас отвезет уже завтра, куда скажем.
Рисковать и пробовать кухню местного повара мы не стали. Заказали отварную курицу, картошку и десяток яиц, их точно ничем не испортишь. Хлеб, свежую зелень и овощи, крынку молока Егорка купил у чистоплотной хозяйки в соседнем дворе. Пронырливый пацаненок живо разузнал, с кем стоит иметь дело, и обеспечил нас сытным ужином. Егор изо всех сил старался быть полезным.
Спать легли одетыми, а перед этим Игнат обдал матрас и подушки жарким воздухом, чтобы уничтожить живность, предположительно обитающую в них. Наверное, подсознательно мы ожидали неприятных сюрпризов, поэтому незваных гостей встретили во всеоружии. Заслышав скрип ключа в замочной скважине, брат растолкал меня и жестом показал спрятаться под кровать. Сам накидал сверху подушек, прикрыл одеялом и притаился возле двери. Та открывалась внутрь, поэтому ночные визитеры не заметили спрятавшегося в тени человека.
