— Что тут не понятного?! — сверкнула глазами Цапельская. — Забирайте! Здесь триста тысяч. Код написан на обратной стороне. Вы берёте деньги и уезжаете отсюда. И, разумеется, оставляете Костю в покое.
— А Костя знает? — приподняла левую бровь Маша, до боли закусив внутреннюю часть губы.
— Не вмешивайте Константина! — голос Симы обрёл силу. — Я сразу поняла, что вы за человек! Расчётливая маленькая…
Она не закончила, но потому, как сжались её острые кулачки, Маше не пришлось додумывать последнее слово.
— Вы влюбили его в себя! Заставили думать, что между вами что-то серьёзное. И что это может привязать его к вам, — нижняя губа Симы презрительно оттопырилась.
Маша вспыхнула. Всё её тело словно обдало огнём.
— Он интеллигентный мальчик, воспитанный, серьёзный, чувствительный… Вы разве не видите, что он мучается?! Мучается из-за вас! — Сима стремительно подошла к Маше и взяла её за руку. Тонкие пальцы её были ледяными, но очень сильными. От этого жёсткого пожатия Маша моментально пришла в чувство. — Поймите, — проникновенно продолжила Сима, вдруг изменив тактику, — вы не сможете дать ему то, что может дать женщина нашего круга. Софья Дмитриевна, — Сима кашлянула, — очень трепетно относится к чистоте крови и наследию семьи. Отказавшись от принципов, Костя потеряет всё. Сейчас он слишком молод, чтобы отдавать отчёт своим поступкам, но потом он горько пожалеет об этом. А вы… вы будете чувствовать себя виноватой. У нас в семье горе. А в этот сложный момент он вынужден тратить время и внимание на вас.
Маша медленно вытащила свою ладонь из руки Симы.
— Если бы он сам мне сказал…
— О… — Серафима горько усмехнулась. — Я вам объясню — у Кости мягкий характер. Не такой, как у Софьи Дмитриевны. А она настроена решительно. Так что не стоит обольщаться. Она сможет убедить его в неправильном выборе. Род Цапельских достоин только самого лучшего, а вы, простите, не отвечаете заданным параметрам. Так что берите деньги — они вам помогут. Или считаете, что сумма недостаточна? — Серафима взялась за свои серёжки.
— Это такой бред, что я… — губы Маши нервно дрогнули.
— Нет, милочка, это не бред, — Серафима приблизила своё лицо, и Маша увидела в её глазах растерянность, — это правила, которые приняты в нашей семье. Мне крайне неприятно сейчас говорить вам об этом, но я вынуждена делать это. Подумайте хорошенько. Деньги вам нужны. Кажется, ваши родители сейчас испытывают финансовые затруднения.
Маша нахмурилась.
— На что только не пойдёшь ради любимой дочери, правда? Квартира в хорошем доме, почти в центре…
— У меня только комната…
— Ну-ну… Насколько мне известно, они выкупили всю жилплощадь. Но сумма была достаточной, чтобы по уши влезть в долги. Видите, они пошли на это ради вас. Так что вас удивляет в моём предложении? Мы все любим Костю и готовы бороться за него. Берите деньги и помогите своим близким. Борис может отвезти вас прямо сейчас, — Сима выдохнула. — Это даже странно, если не сказать — подозрительно, что подобное случилось именно тогда, когда здесь появились вы… Криминальное прошлое ваших близких…
Маша почувствовала, как её уши начинают полыхать. Она негромко произнесла:
— Я уйду из вашего дома сейчас же. Но деньги оставьте себе, мне они не нужны.
Лицо Симы порозовело от напряжения, когда Маша покидала её комнату, но она не пошла за ней и не видела, как та прямиком направилась в комнату Кости.
Такси остановилось за воротами. Грузный водитель с недовольным лицом, почёсываясь, смотрел, как Маша и Костя запихивают чемодан на заднее сидение.
— Не испачкаете? — таксист развернулся, разглядывая багаж, и салон наполнился запахом пота вперемешку с цветочным освежителем.
— Он чистый, — деловито ответила Маша и села рядом со своей поклажей.
В окне маячила Сима. Катя пыталась поймать взгляд Маши, но та старательно отворачивалась. Костя, зашагал к дому, обернувшись лишь один раз, прежде чем машина тронулась.
— Поехали? — Маша откинулась на спинку кресла и чуть опустила стекло.
Когда автомобиль выехал с улицы и, набрав скорость, последовал к окружной дороге, Маша забарабанила пальцами по кожаной обивке. Она следила за дорогой и, как только Николаевское оказалось по правую руку от неё, а такси поравнялось с указателем, удовлетворённо кивнула и попросила:
— Остановитесь чуть дальше, вон у того поворота, где рекламный баннер дома отдыха.
— В смысле? — таксист в недоумении уставился на пассажирку. — Что-то забыли?
— Нет, — Маша пожала плечами, — мы уже приехали.
— Издеваетесь?! Я кого теперь в город повезу? Заказ в город был…
— Я всё оплачу, — ответила Маша, — не переживайте. Переведу деньги с карты, хорошо? — она вздохнула, изобразив печаль. — Мы с моим молодым человеком поругались.
— Да мне плевать, делайте что хотите! — такси остановилось на обочине. — С ума все посходили, — грозно подытожил дядька и вытер шею грязным платком.
Маша заплатила и вылезла наружу, выдернув следом чемодан. Таксист поскрёб затылок, затем нажал на газ. Из-под колёс брызнул дорожный гравий, обдав Машу облаком пыли.
