Ежедневно белгородский оперштаб в ТГ и ВК выкладывает сухие сводки обстрелов ВСУ нашей территории. Сначала мы пытались не обращать внимания, игнорировать «бахи и бабахи», но скоро, через пару дней, тревога сродни майской подступила к горлу. Количество запущенных в нашу сторону снарядов из миномётов и гранатомётов сильно увеличилось. Начались и иные неприятности. Те предприятия, которые ВСУ посчитало — по донесениям своих осведомителей (да, таковые имеются) — площадкой размещёния наших войск, уже подвергнуты обстрелам, как и соседние жилые и производственные массивы. О бедах и потерях среди наших бойцов сведений нет. Утешает только малое количество машин скорой помощи, не слышно их сирен по дорогам, как было в июле, когда мощно началось наше продвижение на Купянск. Тогда машины с красными крестами вереницей следовали по широкому шоссе до Белгорода, вызывая слёзы, стесняя дух.
Кстати, на восстановление разбитого в июне нового красивого предприятия «Премиксы» (корма для животных) приехали наши китайские друзья. Они совсем не говорят по-русски и лихо работают на стройке, а одного даже ранило осколком снаряда.
Приобщился к русской жизни.
Вот уже неделю идут ежедневные сообщения о массовых атаках на нас БПЛА с территории противника. Боюсь, недалёк тот час, когда враг овладеет искусством создания «роя». Надеюсь, к тому моменту технологии и РЭБов, и «Алабуги» поднимутся уже на новые высоты, в том числе и на наших Заячьих холмах.
Осеннее удивительное безвременье.
Сад как будто повторяет, пробегает наскоро краткий курс цветения. Мелькают образы как бы весенних первоцветов, а на самом деле белых и сиреневых безвременников.
Как чарует простота незатейливых ноготков, бархатцев, как патетически доцветают флоксы и принарядились к последнему балу розы!
Господи, да вы только поглядите, маленький жёлтый лилейник, тот самый, что первым начал симфонию форм и цвета этим летом, именно ему выпало исполнить заключительное соло. Флейтой пикколо звучит его пронзительный цвет.
Невозможно не заметить его стараний!
А георгины только-только вошли во вкус нарциссизма — любуются собой и дразнят холодные сентябрьские ночи: «А нам всё нипочём!»
«Погодите, шалунишки, вот ужо вам», — грозит пальчиком октябрь, выглядывающий из-за пышных парчовых одежд сентября.
На полуденном ленивом солнышке разомлели сентябринки:
«А не спеть ли нам, братцы?»
И в воздухе, настоянном на терпких ароматах прощания, запели последние шмели и мимикрирующие под ос чёрно-жёлтые мухи.
Осенённые сентябрём, розы на краткий миг получили избавление от безжалостных жвал бронзовок, всё лето уничтожавших их хрупкую красоту. И вот неделю или две они могут наконец свободно кричать во всю мощь: «Посмотрите, как же я хороша!»
Дни и ночи осенних роз.
Сегодня я собирала виноград.
Самое мирное занятие. Но фоном к нему, раня моё чувствительное сердце и волнуя кровь, проходили громкие автоматные очереди, миномётные залпы и, да, обстрел кассетными боеприпасами с характерным звуком «фейерверка» после основного разрыва. Били по нашим ребятам на границе, попутно снося и окраины Новой Таволжанки, Большетроицы и иных поселений.
Ежедневно доходят слухи о новых попаданиях снарядов ВСУ в самом Шебекино. То одно, то другое промышленное предприятие задето. Где пострадала кровля, где грузовой пандус и автомобили. Сегодня сильно гремело совсем рядом, там, где расположено и наше предприятие. Испугавшийся сторож поспешил в укрытие, а после, совершив обход, доложил, что вся территория усеяна осколками от разорвавшихся снарядов. На этот раз подкатило совсем близко.
Всех руководителей шебекинских предприятий мучают одни и те же вопросы: гранты на поддержку, налогообложение, кредитование и… суды! Да, именно суды, потому что кредиторы и поставщики сырья и знать не желают слова «форс-мажор», их не интересует обстановка на границе, им безразличен объём ущерба, нанесённого шебекинским предприятиям летними, а теперь и осенними обстрелами ВСУ. Просрочка же платежей автоматически приводит к арбитражу и наказаниям.
Кого?
Нас — шебекинцев, разумеется. Дважды сожжённое лакокрасочное предприятие по решению московского суда, не признавшего бумагу нашей ТПП о форс-мажоре, получило решение суда выплатить 8 миллионов рублей пострадавшей стороне.
Кто же это — пострадавшая сторона?
Известно кто — поставщик сырья.
Не сожжённое же шебекинское предприятие, в самом деле!
Налог на имущество у нас самый высокий из возможных двух процентов, и снижения ставки не предвидится. Остальные налоги выписаны в полном объёме без учёта реального состояния предприятий.
Из сводки.
