А… просто зиму! И придёт волшебница зима… рассыплется, клочками повиснет на ветвях берёз… волшебными коврами расстелется по полям… Будет так, как рассказывали нам удивительные русские поэты. Рябина, боярышник и калина уже позаботились обо всех и подготовили богатый стол для желающих. Ветви гнутся и ломаются под тяжестью кистей — значит, зима будет суровой. Так говорит народная примета.
Но пока, а пока — солнышко припекает, и цветут осенние астры-сентябринки, гудят над ними пчёлы, и летают во множестве разные яркие бабочки. Поспели и соблазняют осенней сладостью яблоки, груши, виноград, сливы. Спешит деревенский люд выкопать «картоху» по сухой, приятной погоде. Работы в саду заканчиваются, остаётся лишь укрыть нежные растения на зиму и подоткнуть одеяльце — спите! И есть время хлопотливым хозяйкам посидеть на лавочке под ласкающим осенним солнцем, под ярким небом, помечтать просто ни о чём, позволить себе разомлеть и растечься с природой вокруг…
Если позволит обстановка на близком к нам фронте.
Вошли ли ВСУ в осеннюю фазу «контрнаступа»?
После предшествующих весьма нескучных суток ночь прошла на удивление спокойно, но в восемь утра началось! Многоступенчатый звук прилётов — как уронили дрова, удар, разрыв и бой осколков.
Крышу и облицовку разбили у павильонов рынка, витрины защищают мешки с песком.
А-ах, совсем рядом.
Бежим смотреть по окнам, поднимется ли пугающе чёрный столб дыма, сначала такой робкий и безобидный, а затем — нагло-властный, на полнеба.
Взвыла было сирена, но застенчиво умолкла.
Раздаётся несколько наших ответов.
Округлый «пах», и секунд через двадцать — «трах-тах-тах», выстрел по цели и его разрыв. Всего 17–20 секунд полёта нашего снаряда! Это значит, что цель совсем рядом, под боком. Позапрошлой ночью время полёта до врага составляло 50 секунд, я считала.
Снова завопила и умолкла сирена, в глаза, расталкивая всё на экране смартфона, лезет объявление: «Ведётся обстрел Шебекино, спуститесь в подвал».
Бьют по жилым кварталам. У какого-то соседского автомобиля сдали нервы, и он заорал охранной сигнализацией и благим матом… И опять сирены, на этот раз — долго и настойчиво, выворачивая душу… берегитесь!
Вот и другие негромкие звуки утреннего близкого боя…
Вроде бы отогнали…
По горячим следам утренних обстрелов нам сообщают: опять попадания в район городского рынка, есть трое пострадавших. Оно понятно, врагу хочется массовых смертей гражданских.
По окружной ревут колёса, местные притихли, только солнце вовсю старается поднять людям настроение, посылая свои наивно-радостные лучи в ответ на призывное «ки-ки-ик!» задорного декоративного петушка.
Такой вот диссонанс первого октябрьского утра.
С добрым утром, большая Россия!
Шебекинские кланяются, шлют свой привет.
Прощай, бабье лето!
А недавно было полнолуние. На фосфорном синем небе, холодно отторгающем тебя, высокомерно обдающем чужим неоновым светом, так дружески и весело покачивается румяная луна. Она выдута из тонкого стекла, как новогодний ёлочный шар. Хрупкая и сияющая изнутри домашним светом уюта и тепла. Беззаботно развесив ушки, устраивается внутри у неё лунный зайчишка. У него праздник — в полнолуние места ему много, можно попрыгать, поразмять лапки. Зайчик топырит усы, дразнит бездушный холод вакуума космоса снаружи — сам-то он в лунном домике!
Тёплая влага ночи, последнее дыхание бабьего лета. Она, эта осенне-летняя баба, наскоро, но сердечно прижимает тебя к полной и мягкой груди своей, после перекрестит на прощание. Ей ведь пора. Время уже присмотрело себе луну, как леденчик на палочке, и выбирает, как бы отхватить краешек этого лакомства. Кусочек, ещё, вот скоро и половинки не останется…
Но это только ждёт впереди, а пока осенняя луна в расцвете зрелой красоты ожидает похвалы и тает, тает от счастья в искусно выполненной оправе сосен.
Семь двадцать утра.
Такое ощущение, что к нам украдкой подобрался танк ВСУ. Слышу округлый «пах» — и тут же разрыв: «трах-тах-тах». Временное расстояние между выстрелами и попаданиями разное: первый разрыв случился через пять секунд после выстрела, потом промежуток времени стал возрастать, очевидно, танк маневрирует на позициях да и палит куда придётся.
Второй выстрел, четвёртый…
У нашего раскрытого окна стоит счётчик радиации — кто знает, какими снарядами палит ВСУ сегодня, может, и с урановыми сердечниками? Всего можно ожидать от клеврета НАТО, любой подлости.
Нет, пока стучит редко, щёлкает нормальный фон.
Вот уже взвыла сирена… значит, попадание по жилым кварталам Шебекино.
А сейчас пятый «пах», совсем тихий — враг уползает восвояси… вот и разрыв…
Танк ушёл.
На экране смарта весело пляшет надпись «Ведётся обстрел Шебекино, спуститесь в укрытие». Почти не опоздали с предупреждением, всего-то минут пять, как танк уполз, последний раз огрызнувшись в нашу сторону. Всё действо заняло каких-то двадцать минут. А пусков по танку с нашей стороны не было.
Вчера неожиданно похолодало.
