— Матвей, помни главное — кухня это не просто место, где готовят еду. Это сердце крепости. Здесь рождается настроение, здесь люди находят силы для подвигов.
— Постараюсь не подвести, — прошептал он.
— Знаю, что не подведешь. Ты никогда не подводил.
Федот подошел ко мне:
— Боярин, а можно вопрос? Зачем вас вызывают в столицу?
— Говорят, мои способности нужны всему государству, а не только одному роду, — уклончиво ответил я.
— И вы согласились?
— А у меня есть выбор? — горько усмехнулся я. — Когда зовет Великий Князь, отказаться нельзя.
— Жалко, — вздохнул Федот. — Хорошо нам с вами работалось.
— И мне тоже, — искренне сказал я.
Я обошел всех поваров, пожал руки, дал последние наставления. С некоторыми работал долгие месяцы, и расставаться было тяжело.
— Матвей, — сказал я напоследок, — завтра утром приготовь особенный завтрак. Не для меня — для тех, кто остается. Пусть почувствуют, что у них есть достойный предводитель.
— Хорошо, — кивнул он.
— Ну что ж, — сказал я, оглядывая кухню в последний раз. — Прощайте, друзья.
— И вы берегитесь, боярин! — крикнул кто-то. — Не забывайте нас!
— Никогда не забуду, — ответил я и вышел.
Стоило мне прийти к себе, в дверь моей комнаты робко постучали. На пороге стоял Матвей. Его лицо было бледным, но решительным.
— Мастер, — сказал он, входя и плотно закрывая за собой дверь. — Я иду с вами.
Я опешил.
— Что? Матвей, ты не понял. Я уезжаю в столицу. Навсегда. Я назначил тебя главным поваром. Это твой шанс, твоя мечта.
— Нет, — твердо ответил он, и в его голосе больше не было детских ноток. — Моя мечта — учиться у вас, а мой шанс — быть рядом с человеком, который спас мне жизнь.
Я видел его боль, и мое собственное сердце сжималось. Он был моим единственным настоящим другом в этом мире и заслуживал знать правду.
— Матвей, сядь. Я расскажу тебе то, чего не знает никто, кроме князя и управляющего, но ты должен поклясться, что сохранишь эту тайну.
Матвей, потрясенный серьезностью моих слов, сел напротив.
— Клянусь, мастер.
И я рассказал ему все. Про хитрого «купца», про донос Богдана, про фальшивый приказ Великого Князя. Рассказал, что мой «отъезд в столицу» — это спектакль, а на самом деле это ловушка, устроенная врагами, чтобы схватить или убить меня по дороге.
Матвей слушал, и его лицо из бледного становилось каменным. Он осознал, в какой смертельной опасности находится его учитель.
— Но… но тогда тем более нельзя ехать! — прошептал он.
— Князь все знает, — успокоил я его. — У нас есть свой план, но частью этого плана является мое исчезновение. Я ухожу во тьму, Матвей, чтобы вывести род Соколов из-под удара.
Он смотрел на меня огромными, полными понимания глазами.
— И поэтому я не могу взять тебя с собой, — закончил я. — Мой путь ведет в неизвестность, полную опасностей. Ты должен остаться здесь, продолжать мое дело. Ты — мое наследие. Пока ты здесь, мое дело будет жить.
Я думал, что эти слова убедят его, но я ошибся.
— Нет, мастер, — сказал он, и в его голосе прозвучала сталь. — Вы ошибаетесь.
— В чем?
— Ваше наследие — это не рецепты в книге и не сытые воины. Ваше наследие — это то, чему вы меня научили. Верности. И моя верность — вам, а не этому котлу и не этой должности. Вы уходите в неизвестность, и вам понадобится помощь. Мое место — рядом с вами и это не просьба. Это мое решение.
Он встал и поклонился мне, но это был уже не поклон ученика, а поклон верного соратника.
— Я соберу все необходимое и готов идти. И если вы мне откажете, я все равно уйду из крепости завтра же и пойду по вашему следу.
Я смотрел на него и понимал, что проиграл и был счастлив этому поражению. Я уходил в неизвестность не один.
— Ты упрямый дурак, Матвей, — сказал я, и не смог сдержать улыбки.
— Я ваш ученик, мастер, — так же улыбаясь, ответил он.
— Хорошо, — кивнул я. — Ты пойдешь со мной, но это будет опасно.
— Я готов, — ответил он, и его глаза сияли.
— Тогда слушай внимательно, — начал инструктаж я. — Ты покинешь крепость самостоятельно еще ночью и отправишься к старой охотничьей заимке, — я достал самодельную карту, которую срисовал для себя в покоях князя, и ткнул пальцем в нужную точку. — Жди меня там. Если вдруг я не приеду в течение дня — возвращайся в крепость. Понял?
Матвей кивнул. Я отдал ему карту и отправил собираться.
Матвей
Когда Матвей вернулся в свою каморку после разговора с мастером, сон не шел. Хотя пару часов поспать бы не помешало. Он сидел на краю своей койки в полной темноте и снова и снова прокручивал в голове его слова. Ловушка. Побег. Новая жизнь. Его учитель, его спаситель, единственный родной ему человек в этом мире, собирался уйти в неизвестность, полную опасностей. И он хотел, чтобы Матвей остался здесь.
Он назвал его своим наследием. Это была величайшая честь, о которой Матвей и мечтать не мог, но какое же это наследие, думал он, если оно спокойно смотрит, как его друг идет навстречу гибели в одиночку?
Мастер научил его не только готовить. Он научил его верности, а верность — это не слова, это поступки.
