Народ, словно кто-то включил звук, задвигался, закричал, загудел, заплакал. Над трупом стоял растерянный актер-«убийца» — парень стянул маску с лица и обалдело пялился на бутафорский кинжал в своей мелко дрожащей руке.
— Не понимаю, — произнес он дрогнувшим голосом. — Меня кто-то оттолкнул и… Неужели он на самом деле убит?..
Эти слова стали своего рода сигналом «Занавес!». В тот же момент откуда-то появились активисты театрального кружка «Влюбленные в Шекспира», Роза-Мимоза — в числе первых.
— О, господи, что с тобой, Нат?! — Она жутко побледнела и без сил рухнула на колени перед трупом. — Нат, Нат, ты ведь жив, тебя еще можно спасти?
И эта сумасшедшая немедленно принялась трясти труп за плечо. Пришлось срочно вмешаться. Я аккуратно скинул бесчувственную Соню на руки икнувшего от неожиданности парня, появившегося вместе с Розой, а сам решительно отстранил рыдающую невесту.
— Спокойно, Роза, руками не трогать. Лучше дай команду срочно вызвать полицию и «Скорую».
Роза громко всхлипнула и, закрыв лицо обеими руками, так и замерла рядом с телом в позе безутешно рыдающей вдовы; пришлось обратиться к ребятам из ее свиты с той же банальной просьбой по поводу полиции и «Скорой». Мои команды были немедленно исполнены, а я склонился над телом.
Честно говоря, поначалу сомнения в том, что передо мной реально лежит зарезанный профессор Хатвилл, не было, вот только походил он на сломанную куклу: бледные тонкие кисти рук были нелепо раскинуты в стороны, а маска на чуть развернутом в мою сторону лице выглядела жутковато — выпученные глаза, оскаленный рот… Черт возьми, вновь повторялась сцена с рыцарского турнира: невинные игры, завершившиеся реальной смертью! И вновь Роза точно в той же позе оплакивает своего возлюбленного.
В этот момент рядом со мною появился парень, что первым исполнил мою просьбу вызвать полицию. Пару раз хлопнув меня по плечу, он решительно развернул меня к себе.
— Это что-то невероятное, — почти прокричал он, и я заметил, что его бледное незагорелое лицо взволнованно раскраснелось. — Профессор Хатвилл жив! Его только что обнаружили крепко спящим за портретом — там есть специальная комнатка. А мы еще не могли понять: откуда идет тот неуместный храп? В сценарии мисс Мимозин храп не предусматривался…
Я внимательно выслушал взволнованного студента и, наклонившись к убитому, осторожно снял маску с его лица.
Как хотите, но и в этом сцена трагедии на рыцарском турнире повторялась в общих чертах: в очередной раз в игровом шоу вдруг появился реальный труп, над которым в очередной раз безутешно рыдала Роза, и в очередной раз вдруг выяснилось, что в действительности жертвой стал вовсе не профессор Нат Хатвилл, а некто совершенно мне незнакомый — худощавый бледный мужчина лет около сорока, шатен с легкомысленными кудряшками.
Между тем всеобщей паники и беспредела удалось избежать: дисциплинированные британцы мирно подчинились деловитым распоряжениям бойкого парня из «Влюбленных в Шекспира», который предложил всем дружно спуститься на один этаж в кафе и за чашкой чая обождать приезд полиции.
— Но мне так плохо, — вяло попытался было протестовать мой сосед-блондинчик, — можно, я вернусь в отель?
— Нельзя, — отрезал парень. — Совершено убийство. Полиция должна допросить каждого, кто здесь находился. Вдруг вы и есть убийца?
С этим блондин спорить не стал — испуганно заткнулся и молча последовал со всем обществом в симпатичное кафе этажом ниже.
Само собой, я изъявил желание остаться на месте: первым делом нужно было привести в себя Соню, вторым — довести до сознания коленопреклоненной Розы, что и на этот раз все обошлось — ее жених цел и здоров.
— Соня! — Я осторожно провел рукой по ее бледному лицу. — Сонечка, давай приходи в себя! Все позади.
Моя красавица, словно спящая царевна из сказки, лежала на длинной скамье. Я осторожно похлопал ее по щеке.
— Давай, дорогая, посмотри на меня.
— Я не поняла — мой Нат жив?
Голос Розы раздался за моей спиной одновременно со вздохом Сони. Разумеется, я не стал оборачиваться, нежно поглаживая подругу по щеке, я бросил:
— Жив-здоров, все зрители с удовольствием слушали его храп на протяжении вашего спектакля.
— Слава богу!
Роза, как бабочка, тут же подлетела ко мне, равнодушно наблюдая, как Соня моргает, изумленно распахивает синие очи…
— А я его так ругала: он, вместо того чтобы как следует выспаться перед сегодняшним шоу, чуть ли не до утра рылся в своей библиотеке — искал что-то сенсационное в доказательство своей теории.
— Как видишь, профессор делал все правильно: если бы он спал ночью, то сейчас уснул бы вечным сном.
Я сделал неопределенный жест в сторону неподвижного тела на полу.
— Будь так добра, осторожно брось взгляд на этого малого — кто он? Ты ведь должна здесь всех знать.
Роза без лишних слов исполнила мою просьбу: наклонившись над телом, она замерла на несколько секунд и тут же резко выпрямилась.
