Самолеты плелись еле: подбитый зенитками "грифон" упорно не желал разворачиваться в нужном направлении и лечь на курс удалось уже на подлете к азовского побережья. Лишь в сине-серой дали блеснуло голубым и Ляховский облегченно вздохнул, когда, оглянувшись назад, увидел две тройки быстрых темных теней, которые подходили с востока, со стороны Тимашевск [16]. Выше и справа шли еще два звена "ЛаГГ-3". Двенадцать истребителей против четырех! Амет-Хану Ляховский приказал немедленно на полном газу отходить на базу - его разведданные сейчас важнее пять "грифонов". "Впрочем, - поправил сам себя Леонид, - вести бой могут только две машины, моя и Саши, штабные будут прикрывать машину пустельги. М-да, не густо, одна надежда, что удастся их затянуть на вертикали и потом, по ходу дела, на высоту ... "
Не оправдалось. Советские "ЛаГГ" были нацелены именно на разведчиков. И когда Амет-Хана им догнать никак не светило - скорость "грифона" превышала скорость "ЛаГГ-3" километров на двести, шесть с половиной тысяч лошадей против тысячи двухсот все же дают такую-кое преимущество, то добить раненную машину сержанта эскадрилья "ЛаГГ" могла без проблем.
Пара Ляховского упала с высоты на атакующую шестерку "ЛаГГ" и "грифоны" сразу зажгли два советских истребителя. Лейтенанту и его ведомому повезло, они сбили ведущих ударной группы "красных" и их ведомые несколько растерялись. Они даже не попытались догнать два "грифоны", атаковавших две их звена, впрочем, это все равно не удалось бы тяжеловатым "лагам". "Грифон" в пикировании развивает свыше девятисот километров в час, тяжелом и инертной "ЛаГГ-3" такое просто не под силу, мощности двигателя не хватит. Эта растерянность "красных" длилась недолго, но ее хватило, чтобы пара "грифонов" успела перейти в набор высоты, развернуться, проскочить выше четверки "ЛаГГ" и атаковать их в лоб. На этот раз сбить никого не повезло, но "красные" бросились во все стороны, как воробьи при появлении коршуна. Все было ясно: потеряв лидеров, советские пилоты потеряли атакующий дух, теперь оставалось только не давать им близко подойти к подбитого самолета сержанта. Лейтенант сдал эти две потрепанные звена пилотам придан штабной пары, а сам с ведомым занялся двумя другими звеньями "ЛаГГ", которые выходили на атакующий курс.
Видно было, что летчики здесь произошли упорные и просто так они не отступятся от своего. Бой обещал быть тяжеловатым. Пока пилоты штабной звена отгоняли первую четверку, навязывая им лобовые атаки, лейтенант вновь поднялся выше второй группы "ЛаГГ", чтобы повторить удар.
Но на этот раз ведущие звеньев были опытными пилотами, они позаботились и о высоте, и про запас скорости. Советские пилоты ожидали такого от украинских летчиков и поэтому выигрыш от внезапности первой атаки отпадал сам собой. Не снижая скорости, самолеты закружились в бешеном танце. Руки пилотов крепче сжимали ручки управления, готовые в любое мгновение метнуть машину в тигриной бросок.
И она наступила, этот миг! "Грифон" резко срезал круг, сипнувшы горстью красных трасс. Рассыпал пушечный дробь. Ведущий "ЛаГГ" живо вывернулся, очередь прошла мимо. Самолет Ляховского проскочил вперед, прямо под его пушки сунулся ведущий второго звена. "ЛаГГ" исчез во вспышке взрыва, будто его никогда и не существовало. Все случилось так мгновенно, что никто из ведомых советских асов не успел среагировать. Ляховский тем временем проскочил вперед и теперь уже "красный" преследовал "Грифон". Бой начался ...
Мгновение решает в воздушном бою, все смешалось в один неистовый гул, сквозь который пробивалась мелкая россыпь пушечных очередей. Звук отставал от самолетов. Надрывались раскаленные двигатели. В каскаде фигур они гудели хриплыми басами, выли на самых высоких нотах, превращая гудение в свист, вой, умоляющий стон. Но казалось, что эту дикую какофонию создает именно небесный свод - сами же металлические птицы скользят в небесной вышине, в сияющем пространстве абсолютно бесшумно. Самолеты сновали один за другим ткацкими челноками, поднимались вверх свечами, прошивали воздух сверху вниз. Бой переходил на вертикали, шел на предельных скоростях, в самом темпе. Ляховский уже понял, что победа легко не достанется, и рвал машину до полного потемнения в глазах, а "ЛаГГ" таким же резким маневром ускользал из прицела. Впрочем, спокойствие не покидал Леонида, он уже знал, с кем имеет дело, советский ас воевал, как воюют большинство хороших пилотов, и Ляховскому удалось навязать ему свою тактику, используя значительное преимущество "грифона" в скоропидйомности. От мелькания земли и неба моментами летчику казалось, что самолет стоит неподвижно, а вокруг крутится в бешеном танце панорама, разрисованная под небо и землю.