- Порой мне кажется, что это так, - проговорила, загадочно улыбаясь, нагайна.
- Нда… Ладно, - хмыкнув, Учитель повернулся к сыну, - пошли, посмотрим, что можно найти…
Через два часа Золотко стал обладателем просторной разлетающейся одежды, закрывающей его с головы до пят, плаща с капюшоном и всевозможных больших, да нет, просто огромных платков.
На его вопросительный взгляд Учитель показал, как эти платки наматывать, чтобы получился головной убор, защищающий от обжигающего солнца. На наставления любого другого Золотко бы наплевал, но отцу поверил и, смирившись, учился, как надо заматывать голову и закрывать лицо. Вот как раз закрывать лицо Золотке и не нравилось, ему вообще не нравилось скрывать свою красоту от тех, кто может бросать на него восхищенные взгляды. Потому что это для него было как наркотик, видеть, как им восхищаются, как любуются его красотой, как...
И теперь он будет всего этого лишен...
Ташер рассказывал, что такое чувство еще бывает от секса... Интересно... если уж он будет лишен восхищенных взглядов... Хотя нет, допускать кого-то до своего любимого тела... Нет, нет, нет, еще поцарапают или, не дай бог, синяк поставят... А однажды он у Ташера на плече видел следы от зубов, вот ужас-то... Нет уж, лучше пусть смотрят.
Золотко всерьез задумался о возможности поехать куда-нибудь в другую сторону, где будут носить обтягивающие одежды, где можно будет свободно распустить волосы без страха, что в них набьется песок или заберется какая-нибудь гадость...
- Что, раздумываешь, не остаться ли тебе дома? – спросил Учитель, - и правильно, может, на следующий год, когда будешь повзрослее, и поуверенней себя чувствовать...
- Я что, по-твоему, еще ребенок? – возмутился Золотко. – Ташеру, значит, пора, а мне нет? – и гордо вскинув голову, он направился на выход.
Учитель только хитро усмехнулся.
На следующий день, после всех сборов и прощаний, верхом, ведя в поводу загруженную лошадь, Золотко выехал из усадьбы.
Оделся он не броско: темно-синие, теплого оттенка брюки обтягивали его длинные ноги, невысокие черно-синие сапожки с каблучками подчеркивали изящность ступни. Из-под светло-синей куртки виднелся шелк перламутровой рубашки, пенным золотым кружевом воротника лежащей на плечах, а выглядывающие кружевные манжеты прикрывали кисти. Распущенные волосы придерживал только тонкий золотой обруч, обхватывающий лоб.
По мнению Золотки, все совершенно скромно...
Глава 2.
*** На дороге недалеко от поместья Дома Теневого Пламени.
Золотко придержал коня возле довольно густых кустов.
- Ну что, так и будешь глазеть на меня сквозь листву или все же выйдешь, поздороваешься?
За кустами раздалось какое-то бурчание и на дорогу вышел высокий и очень недовольный харид. Черные свободные одежды до земли, с разрезами спереди и сзади, распахивались, когда харид шагал, тогда и были видны широкие свободные брюки, заправленные в невысокие сапожки. Свободные рукава были собраны у запястий на манжет. Голова была замотана так, как показывал Золотке отец, и лицо по самые глаза закрыто свободным концом платка. Вот только, хотя все одежды и были черными, платок был темно-коричневым.
Пф... Золотко скривился, никакого сочетания цвета и красоты.
- Что ворчим? – невозмутимо проговорил Золотко, - я же приехал. Улыбайся!
Харид, споткнувшись, от возмущения никак не мог набрать в грудь достаточно воздуха, чтобы высказать свою отповедь зазнавшемуся юнцу.
«Давай, давай, - думал Золотко, - развязывай язык, может, чего интересного сболтнешь!»
- Надир! – властный окрик заставил харида сдуться, замерев на месте.
На дорогу вышел второй харид, почти копия первого в одежде, только платок на нем был черного цвета, да и выше он был на полголовы.
«Ну, хоть у этого со вкусом более-менее», - подумал Золотко.
- Чему обязаны лицезреть такое великолепие?
На лице харида можно было рассмотреть только странные красивые черные глаза с приподнятыми к вискам уголками и смуглую кожу открытого участка, да прядь черных волос выбившейся из-под платка челки.
«Интересно, - задумался Золотко, - у него все тело такое смуглое или только открытые участки загорели».
- Так все-таки, чему?
Властный голос вернул Золотку из мечтаний.
- Ты все же повежливей со мной, нам еще друг с другом долго рядом ехать, - проговорил надменно Золотко.
- Ехать куда? – даже этот харид на секунду застыл.
Золотко про себя хмыкнул и продолжал с царственной маской на лице.
- Туда, куда вы собирались меня отвести... Я готов, так что собирайте вещички и не мозольте больше глаза здешнему народу.
И хоть внешне черный харид не пошевелился, но глаза его растерянно принялись оглядывать окрестности.
Золотко, потешаясь про себя, все так же царственно сидел на лошади.
- Долго я буду вас ждать? – и для законченности картины выгнул бровь.
- Ты ничего не путаешь, мальчик? – черный харид наконец-то пришел в себя.
