Шепот блуждающих песков полностью

Не все благородные оказывались готовы к подобному мезальянсу. Потому-то и выбирали умом, а не сердцем. Вот только у кронпринца выбора не было вообще. Наследник престола обязан иметь дар, ибо королевская кровь, ее магия, питала стену от тварей юга, выползавших, казалось, из самой бездны.

Вот тебе и мудрость детской песенки: «Жениться по любви обязан лишь один король»…

Кронпринц в этом разговоре становился все печальнее. Тогда я его спросила напрямую, в чем, собственно, проблема? Ведь если он родился, значит, его отец нашел свою истинную пару.

– А ты хоть раз императрицу видела? – провокационно спросил дух.

– Знаешь, я даже императора не видела.

Кронпринц подавился следующей репликой при этом моем заявлении. Не иначе думал, что фасад его батюшки все должны знать?

Зато Хантер хохотнул и заявил:

– С ликом государя, хоть и весьма приблизительным, проблем нет, – и подкинул в воздухе монету, воскликнув: – Лови!

Я машинально раскрыла ладонь и сжала упавший в нее кругляш. Профиль императора печатали только на золотых монетах, которые мне до этого держать в руках не доводилось. Сейчас я с интересом рассматривала высокий лоб, прямой нос и гордо вскинутую голову – все, что смог передать печатный пресс.

– Под этот оттиск подходит половина мужчин империи и четверть женщин, – изрекла я.

Привидение натурально оскорбилось и замолчало. А на сиятельного, наоборот, напало желание поговорить.

– Наш дорогой Микаэль – точная копия своего отца. От императрицы ему достались разве что форма и цвет ногтей.

Я машинально глянула на руки кронпринца, которые тот постарался побыстрее завести за спину. Ногти как ногти. Короткие, широкие, подумаешь – чуть фиолетовые. У плотника Уила, когда ему киянкой ладонь расплющило, они гораздо темнее были, и то он их не стеснялся. Даже гордился, оттопыривая средний палец.

Видя, что я не поняла масштабов трагедии, кронпринц пояснил:

– Я безмерно люблю свою матушку, кроме того – я обязан ей жизнью. Но понимаешь, ее внешность, мягко скажем, не самая прекрасная, добавь к этому мнительный и суеверный характер. По этой причине она никогда не посещает светских приемов, ведет затворнический образ жизни в загородной резиденции, а в ее штате всего несколько фрейлин.

– Зато отец твой в ней души не чает, – поддел кронпринца сиятельный.

– Предлагаю свернуть обсуждение на эту тему. – Микаэль стал серьезен, исчезло его вечное ехидство и желание поддеть.

Похоже, что к матери у него двойственное отношение: любовь сына против мнения общества – не лучшее сочетание.

Я еще хотела спросить: как же эти сиятельные определяют, что перед ними оказывается истинная пара? Свет там какой особый или просто в голове шаманские бубны троллей звенят? Не успела. Объявили очередную стоянку.

Я решила пойти размять ноги и прогуляться по перрону, когда увидела в окно отряд патруля. Бравые полисмены в котелках и мундирах явно куда-то спешили. Прильнула к стеклу и с удивлением лицезрела, как патрульные зашли в соседний вагон.

– Ничего интересного. – Хантер оторвался от чтения вчерашней газеты и отложил трубку. – Сейчас будут выносить тело нашей несостоявшейся убийцы.

После этих слов он вновь с невозмутимым видом принялся за чтение.

Я же мигом отпрянула от стекла и начала сверлить сиятельного взглядом. В том, что расспрашивать этого лорда бесполезно, я уже убедилась. Пока сам не захочет – не расскажет.

К моей молчаливой осаде присоединился и кронпринц, в прямом смысле давя на мозг Хантеру: завис своим привиденистым телом над макушкой сиятельного.

– Хорошо, – спустя десять минут полного молчания возвестил лорд. Как я успела заметить, к этому времени полисмены уже успели вынести носилки с закрытым простыней телом. – Задавайте вопросы.

Первым выступил кронпринц с обличительной речью о сохранности нашего с ним общего тела. Благо спич оказался дюже талантливым, то бишь коротким:

– Ты знал, что с нами в поезде едет наш убийца, и не сказал?

– Не знал, – сразу же открестился от обвинений Хантер, – а предполагал.

Кронпринца же скорее интересовал вопрос «кто?», нежели решение сиятельного держать нас в неведении. О чем привиденистый благородный и осведомился.

– Если бы вы оба были чуть повнимательнее, то догадались бы сами, – усмехнулся супружник. – Этот пассажир сел в поезд вместе с нами. Причем сильно не скрывал, кого искал. Взять хотя бы фотографию – мою и кронпринца – и то, как он пристально рассматривал пары на перроне.

Кронпринц нахмурился, явно вспоминая произошедшее несколько дней назад.

В моей же голове шестеренки завертелись с бешеной скоростью, зацепившись за «фотографию». Лишь старая дева с овечьим лицом держала в руках помятую газетенку.

– Ты хочешь сказать, что под простыней сейчас лежит труп той престарелой дамы с дорожной сумкой? – решила уточнить.

– Именно, – невозмутимо ответил Хантер и расправил газету, намереваясь продолжить чтение.

Микаэля же это в корне не устраивало.