Конь лишь косился на пришедших незнакомцев, беспокойно встряхивая лохматой лоснящейся гривой. Ивэн, потеряв терпение, сам захрустел спелым яблоком.
— Зря ты отказался, — оповестил он животное. — Но не думай, что я сдаюсь, ведь я стану приходить к тебе каждый день.
— Хотелось бы знать, кто из вас двоих окажется более упертым, — заключила Мириам, не скрывающая облегчения, испытанного, когда Ивэн проявил осторожность и не ринулся в загон к коню, наделенному крутым нравом. Она рассчитывала, что ему приглянется кто-то иной, более мягкий и покладистый, но ошиблась.
Ивэн лишь улыбнулся девушке. Ее сомнения были ему вполне понятны — она слишком мало знала о нем и думала, что его жизнь до приезда в Дагмер, прошла лишь за книгами и молитвами. Ивэн мысленно поблагодарил отца за возможность видеть удивление в глазах Мириам, хотя понимал, что тот позаботился о его воспитании вовсе не для того, чтобы он впечатлял девушек.
— Думаю, мы засиделись здесь, — выпалила она, небрежно стряхнув с его плеча соломинку, упавшую с утепленной крыши. — Еще немного и про нас поползут слухи.
Она шутила, но говорила подобное так часто, что Ивэн начинал злиться. Он желал видеть ее, не оглядываясь на возможные сплетни и не слушая предостережений. Но собственное имя и будущая корона его ко многому обязывали. Смятение нападало на него все чаще — он не был уверен, что поступает должным образом. Изо дня в день, находясь в Дагмере, ему представлялось, как он жонглирует горящими поленьями и каждое неверное движение может привести к краху. Ему было стыдно, но более всего его занимала Мириам.
Ранее ему не приходилось общаться с девушками, в особенности с такими, как она, но и поговорить об этом было не с кем. Однажды он хотел спросить совета у Моргана, но не решился, думая, что подобные проблемы с его высоты, покажутся совсем ничтожными. Оттого Ивэну ничего не оставалось, кроме как быть собой, но не забывать об условностях.
— Пожалуй, ты права, — угрюмо кивнул он, чувствуя, что девушка хочет увести его подальше от коня, сочтенного опасным.
Он согласился не только потому, что хотел угодить ей. Снаружи доносились звуки, напомнившие о его прошлом, и любопытство распирало его.
— Закрывайся, Фестер! Шевелись! Тесса, никто не будет тебя жалеть только потому, что ты девочка! Резче! Вот так! Отражай!
В подобных криках учителя, его ударах, от которых он не всегда успевал укрываться, еще не так давно для него таилась надежда. Он был единственным мальчишкой из всех послушников, которому разрешалось покидать монастырь. Его учитель — мрачный бородатый наемник из Тирона — каждый день в любую погоду вкладывал в его руку меч на поле у высоких монастырских стен. Ивэн пытался выведать, кто нанял его и по какой причине, но не получил ничего, кроме оплеухи. В тот день, когда он отказался выходить за стены, наемник выволок его сам и знатно поколотил.
С тех пор Ивэн брался за деревянный меч с большей охотой, желая отомстить. Стремление поставить на теле учителя лишний синяк вело его до тех пор, пока он не стал наслаждаться боем. Со временем он понял, что каждая ссадина, каждое падение дается ему не зря, что ему уготована особая жизнь, которая рано или поздно настигнет его. Так и случилось. В одночасье все обрело смысл.
— Нападай! Вперед! Пропустишь снова — отправлю тебя назад к теткиной юбке!
Голос Стейна Ивэн научился различать безошибочно. С той самой первой встречи в саду под галереей. Всякий раз, видя его, Ивэн волновался. Он рассудил, что должен расположить к себе городского старосту любой ценой, но все еще не преуспевал в этом. Локхарт был в меру учтив и излишне холоден — этого Ивэну было недостаточно. Во многом потому, что он слишком хорошо помнил подслушанные слова.
Они кружили чуть поодаль от прогулочных загонов, за изгородями на земле, усыпанной песком. Они — это совсем еще юная, но крепкая девушка, и нападающий на нее мальчишка. За ними с восторгом следили десятка два глаз любопытствующей ребятни. Стейн же наблюдал за сражением на деревянных мячах с нескрываемым недовольством.
Когда Мириам привела Ивэна в конюшни, рядом не было никого. Все эти дети во главе с неприступным старостой города, набежали на огороженную поляну за какой-то короткий миг.
— Когда-то на месте этой девочки была я, — улыбнулась Мириам, придерживая молодого Бранда под руку. Она рассчитывала, что бой на тренировочных мечах не заслужит его особого внимания.
— Пойдем, — не оправдав ее ожиданий, проговорил он. — Хочу взглянуть на будущих защитников Дагмера.
В тот момент, когда Ивэн подошел ближе и уперся ладонями в изгородь, Тесса ударила зазевавшегося Фестера щитом и тот неуклюже завалился на песок.
— Довольно! — пробасил Стейн. — Дерик, твоя очередь.
Одержавшая победу девочка ушла к ограждениям гордо вздернув нос. Мальчик задумчиво потирал ушибленное бедро. Дерик оказался длинноволосым и стройным мальчишкой постарше и Ивэн приметил, что в его возрасте ему было стыдно держать в руках деревянный меч.
— И Эйб.
