– Немного, – вздохнул Чжан. – Я не знаком с ним лично, но о нем часто пишут газеты. Он консультант нашего градоначальника, член нескольких городских и партийных комиссий и шеф МКИ.
– Что за МКИ?
– Международные китайские инвестиции. Конгломерат фирм. Понятия не имею, что они там производят. – Он проворным движением забросил в рот две горстки риса. – Неподалеку отсюда есть интернет-кафе. Можем погуглить, если есть желание. Вдруг да отыщется что-нибудь интересное. Где у тебя вещи из квартиры Майкла Оуэна?
Мэй убрала посуду. Пол подал Дэвиду папку, и тот выложил ее содержимое на стол.
– Телефон и жесткий диск я посмотрю потом, – объявил Чжан, принимаясь за ежедневники и записные книжки.
Почерк у Майкла Оуэна был такой неразборчивый, что Пол мог прочитать лишь отдельные слова. В одном из блокнотов оказалась визитка.
КАТАЙ ХЕВИ МЕТАЛ
Майкл Оуэн
В интернет-кафе был наплыв посетителей, поэтому пришлось подождать. Пол огляделся. Бо́льшую часть публики составляли подростки, которые играли за компьютерами, где парами, где по трое, отчаянно барабаня по клавиатуре. От висевшего в воздухе табачного дыма чесались глаза.
– В прошлом месяце кафе закрыли на целую неделю, – прошептал Дэвид. – Кто-то донес в полицию, что они занимаются распространением порнографии.
– Что-нибудь нашли?
Дэвид вздохнул:
– Коллеги проверили все машины. Почти с каждой за несколько дней до того кликали на порносайты.
– Тогда почему это кафе открыли снова?
– Так это же порно, не политика. А по части политики ничего подозрительного не обнаружили. Но владелец кафе меня удивил. Подарок-другой нужному человеку – и никакого порно. Такие проблемы решаются в Китае просто.
Они не успели углубиться в тему: освободился компьютер. На их запрос Google.com и Google.cn выдал 828 совпадений. В числе первых – на сайт «Катай хеви метал», где, однако, деятельность компании освещалась только в самых общих чертах. Там Майкл Оуэн и Виктор Тан были представлены как равноправные коммерческие директоры.
«Катай хеви метал» занималась поставками для стремительно развивающейся в Китае автомобильной отрасли. За три года работы число ее служащих возросло в четыре раза и достигло двенадцати тысяч человек. Все показатели свидетельствовали о неуклонном росте производства. Клиентами «Катай хеви метал» были известные немецкие, японские, американские и южнокорейские автоконцерны.
Остальные ссылки выводили на небольшие газетные заметки, упоминания в справочниках, торговых листах и специальных журналах. Согласно этим источникам, Оуэны были известной династией предпринимателей в американской металлообрабатывающей промышленности. Им принадлежала компания «Аврора метал» в штате Висконсин, которую более ста лет назад основал прадедушка Майкла, переселенец из Бёблингена – города на юго-западе Германии. Ричард Оуэн был президентом федерации промышленников в Висконсине и, как представитель этой организации, встречался с Рональдом Рейганом в Белом доме – факт, особенно впечатливший Дэвида.
– Этот не оставит нас в покое, пока мы не найдем убийцу его сына, – прошептал он. – Так что чем скорей, тем лучше.
– А что ты собираешься делать с вещами Майкла Оуэна? – спросил Пол.
– Пусть пока побудут у меня. Может, какая зацепка обнаружится.
– Ты не доверяешь гонконгской полиции?
Дэвид молчал. Пол уже жалел, что задал этот вопрос, поставивший его друга в неловкое положение.
– А ты бы им доверял? – наконец спросил Чжан.
– Никогда не задавался таким вопросом, – пожал плечами Пол и добавил после недолгой паузы: – Думаю, нет.
На обратном пути в Гонконг Пол так разнервничался, что не мог усидеть на месте и всю дорогу бродил по поезду из вагона в вагон. Только сейчас ему пришло в голову, что Дэвид уклонился от ответов на его вопросы и по сути ничего не объяснил. Обычно невозмутимый, его друг выглядел напряженным, и это тоже пугало Пола.
Кроме того, из головы не шли Оуэны, как ни старался Пол думать о другом. В памяти всплывала фотография Ричарда с американским президентом. Оба улыбались в камеру, пожимая друг другу руки. Один – с вышколенной светской приветливостью. Лицо другого сияло гордостью, какую можно видеть только на лицах детей. Вне сомнения, Ричард Оуэн был республиканец, и эта фотография принесла ему не одну сотню тысяч долларов инвестициями.
Собственно, что привело Оуэнов в Китай? Ну, помимо низких расходов по зарплате, налоговых льгот и более чем миллиардного рынка потенциальных клиентов? Понимали они, во что впутываются, или им тоже вскружили головы фарфоровые мосты с поющими под ветром колокольчиками?
