— Да, я Рас Лал, я вам придется сожалеть, что вы повстречали меня на своем пути. Для вас я для вашей спутницы эта ночь будет ночью ужаса.
Ридер более не подсмеивался над акцентом говорившего.
Револьвер в руках Рас Лала достаточно хорошо и красноречиво изъяснялся на всех языках. Более всего его заботило состояние девушки, с начала происшествия не проронившей ни слова.
Понемногу румянец снова появился на ее щеках, и это было хорошим знаком. Ридер уловил в ее гладах какой-то огонек, но он был вызван не чувствам страха.
Рас Лал схватился за веревку, свисавшую со стены, заколебался и пожал плечами:
— Совершенно излишне; это помещение подверглось достаточно тщательному осмотру, и вы все равно ничего не сможете предпринять.
Он отпер дверь, заставил их прейти вперед и подняться по лестнице. Они очутились перед окованной железом дверью. Рас Лал отодвинул засов и отпер дверь. Перед глазами изумленного сыщика предстало помещение, предназначенное, по-видимому, для хранения легко воспламеняющихся веществ. Стены и пол были выложены цементом, и на стенах виднелись плакаты: «Курить строго воспрещается».
Помещение было лишено окон, лишь высоко под потолком виднелся люк.
В углу лежала груда грязной бумаги, а на столе стояло с дюжину маленьких деревянных ящиков, один из них был не заколочен.
— Располагайтесь здесь поудобнее, вам придется пробыть тут полчаса, а может быть, и час, — сказал Рас Лал, многозначительно поигрывая револьвером. — А затем я приду к вам и заберу с собою женщину. Она поедет со мною. Куда? Через море, в далекие страны.
— Захлопните-ка дверь с другой стороны, — спокойно ответил Ридер. — а то здесь сильный сквозняк.
Томми Фелоу, примерно в два часа ночи, направлялся по глинистой дороге к фабричному строению. Его внимание привлекли следы автомобиля на дороге. Удивленный, он застыл на месте.
Колени подкосились, и он почувствовал, как сердце его забилось сильнее. На мгновение он заколебался — не поспешить ли ему убраться отсюда. Но потом до него донесся знакомый голое, и он облегченно вздохнул — это был голос сообщника Рас Лала.
— Да, господин здесь, — сказал на ломаном английском языке Рам.
— В таком случае он прокл… идиот, — прохрипел Томми. — Чорт побери, как он напугал меня!
Рам тщетно пытался подыскать достаточное количество английских слов, чтобы объяснить ему происшедшее, и Томми, не слушая его, направился к фабричному зданию. Своего сподвижника ее застал в вестибюле. Рас спокойно курил сигару, и на лице его заиграла при виде приятеля удовлетворенная улыбка.
— Добро пожаловать, — сказал он Томми, сердито захлопнувшему за собою дверь, — Мы поймали старую лисицу.
— Оставьте меня в покое с вашей лисицей, — проворчал Томми. — Вы нашли рупии?
Рас отрицательно покачал головой.
— Но ведь я приготовил для вас в складском помещении десять тысяч банкнот. Я полагал, что вы их давно забрали и отправились восвояси.
— Я раздобыл нечто более важное. Пройдемте в складское помещение, и вы убедитесь в этом сами.
И он повел ничего не понимающего Томми в склад.
Широко распахнув дверь, он заговорил:
— Вот видите… — и на этом умолк.
— Ах, вот и наш общий приятель мистер Фелоу, — продолжил за него Ридер, направляясь навстречу Томми и держа в одной руке пачку поддельных рупий, а в другой…
— Вы должны были предусмотреть это, проклятая цветная обезьяна, — прохрипел Томми. — Он никогда не ходит без револьвера. И, как назло, вы его привели в помещение, в котором хранились банкноты и в котором имеется телефон.
Томми и Рас Лала доставили в ближайший полицейский участок и сковали общей парой наручников, на время еще более сблизившей недавних друзей и компаньонов.
— Это была всего лишь шутка, — сказал Рас Лал. — Я хотел подшутить над мистером Ридером, и завтра я это объясню судье.
Повторить то, что ему на это сказал Томми, невозможно.
Часы пробили три. Ридер доставил взволнованную молодую девушку к дверям ее дома и почтительно попрощался с нею.
— Право, мистер Ридер, я не знаю, как мне отблагодарить вас за столь интересный вечер!
Ридер неуверенно поглядел на нее и перевел взгляд на погруженный во мрак дом.
— Надеюсь, ваши знакомые… не найдут ничего предосудительного в том, что вы… возвращаетесь так поздно…
И, несмотря на ее заверения, что в этом нет ничего страшного, он всю дорогу домой размышлял о том, что в некоторой степени скомпрометировал девушку.
А ведь всем известен закон мелодрамы: кто скомпрометирует героиню, тот должен на ней жениться.
И эта мысль не оставляла мистера Ридера до самого утра.
В дни молодости Ридера — иными словами, в дни, когда еще водились извозчики, каждый джентльмен считал своим долгом носить цветок в петлице, — он был послан в сопровождении полицейских в Ноттингем для того, чтобы арестовать одного молодого изобретателя.
«Изобретатель» придумал способ, дававший ему без особого труда средства на жизнь, но изобретение это не встретило одобрения со стороны Скотленд-Ярда.
