За полтора часа в кафе я уже свыклась со светящимся взглядом Андрея, послушала еще много чего интересного, начала успокаиваться адекватности и интересности собеседников. Еще раз подумала, что если не поеду, точно останусь тут одна и буду сидеть дома с салатом и грустно ковырять вилкой и днем и вечером, и видимо следующим днем тоже и как же мне этого не хотелось, ой, как не хотелось. За этими мыслями меня и застали бесовские искры решения - а почему бы и нет? Но я поставила свои условия, я выходила из дома с намерением купить себе подарок и мне это нужно сейчас осуществить, а потом заехать домой, чтобы собраться. Они были согласны на все и могли ждать сколько угодно, но одну за подарком меня не отпустили, я была под жестким прицелом, видимо предвиделось мое бегство. Машина была поставлена максимально близко к рынку, где я намеревалась сделать покупки. Но мне все-таки удалось оторваться от них на пять минут, убедив обоих, что я никуда не денусь. Мне не хотелось, чтобы кто-то из них увидел, что именно явилось моим подарком для себя, а новая пудреница уже лежала у меня в сумке и тихо грела завершенностью намеченного.
Мы подъехали к моему дому и, мои новые знакомые и попутчики на ближайшие полдня ждали в машине, пока я соберу вещи. А я первым делом принялась звонить своей подруге, отмечающей праздник дома по причине болезни. Я рассказывала ей в течение 10 минут историю вчерашнего непристойного предложения и моего категоричного отказа и сегодняшнего безрассудства, на которое меня уговорили в кафе. В конце разговора я просила ее перезвонить мне завтра по Питерскому номеру, который аккуратно был записан в записной книжке еще в кафе, продиктованный мне обоими и проконтролировать все ли со мной будет в порядке завтра утром или днем и еще сделать звонки на ее усмотрение в два следующих дня. Я вздохнула, когда она согласилась со словами:
- Ну что с тобой делать, я думаю, будет интересно, обязательно сходи в ..., посмотри .... - Это я уже не дослушала, пообещав рассказать и выслушать все по телефону уже из Питера, ведь времени было мало.
Вещи я собрала достаточно быстро и задержала всех, в общей сложности на час, со сборами и телефонным разговором и вот мы выехали. У меня была небольшая дорожная замшевая сумка из разноцветных приятных оттенков кусочков кожи, подходящих изумительным образом под все мои наряды. В сумке лежал шерстяной костюмом моей же ручной работы цвета тела с оттенком фиалки комбинированный гладкой вязкой спиц и ажуром крючка для театра и сапоги для создания изящного образа девушки под ослепительно желтое велюровое пальто с беретом и палантином того же цвета в котором я была одета и сейчас. Я же решила не мудрить и ехала в джинсах и каштановых ботинках под сумку, как в прочем и вышла сегодня из дома.
Дорога предполагалась длинная, шутка ли, снег и лед, кругом колея и нечищеная предпраздничная дорога. Меня опять посадили на сидение рядом с водителем, видимо, чтобы лучше видеть и слышать, а Андрей сел сзади и пододвинулся ближе к нашим креслам, чтобы быть ближе своими фарами светящихся глаз к нам. Естественно в такой позе мужичине ростом 180 было не так комфортно как на первом сидении, но видимо это было ему в радость.
В дороге мы перезнакомились еще ближе, выяснили, где все живут и учились, какого возраста у них дети и всякой ерунды еще с три короба. Пели их любимые песни - они затягивали, я подхватывала, если знала слова. На удивление великолепный бархатный голос Андрея точно в терцию дополнял голос Павла, и дуэт был великолепным и таким душевным.
- Мы поем в терцию? - прозвучал вопрос - как ты определила?
- Я музыкальную школу закончила - тихо ответила я и все многозначительно обернулись на меня, видимо это добавило баллов в мою копилку в их глазах.
Я обнаружила некую разницу песен моего поколения и компании из чужого мира со своими приоритетами и интересами, что ничуть не портило приятность компании, в которой постоянно звучал великолепный бархатный голос Андрея уже разговорившегося в пути. Через несколько часов я, уже изнемогая от желания что-нибудь перекусить, предложила остановиться у какого-то кафе, на что мне было безапелляционно сказано:
- Еще рано.
Я попыталась что-то возразить, но меня не услышали или не захотели услышать и я, будучи безумно субтильной и стеснительной тихо переваривала свой желудок еще три часа, пока наконец-таки мужчины не соизволили проголодаться. По дороге несколько раз мы почти застряли в снежных колеях наполненных колкой водой, но благополучно выбрались, сложная была трасса, долгая и интересная. Напевшись, наговорившись, обсмеявшись до безумия и уже почти породнившись, за более чем 8 часов пути, мы с Андреем были высажены у станции метро, так как Павлу было еще далеко ехать в противоположную сторону в Петергоф, а нам оставалось несколько остановок метро.
- Нам сюда..., после эскалатора налево..., дальше по платформе до конца..., остановись..., давай сядем..., наверх на эскалатор..., налево... - заблаговременно озвучивал мне предстоящий маршрут Андрей.
