«А как же я?» Динго ослабела, хотелось плюнуть на все и нагадить под себя, как Фродо. Как ей теперь подойти к остальным, когда этот, топ-топ-топ, знает про нее, знает, какая она трусиха! Она представила насмешливую улыбку на лице под шапочкой – а, это та
- Эй, ты Шиву ищешь?
Динго подскочила на месте с писком придавленной мыши, выставила перед собой корзинку, словно щит. Высокий парень, от худобы кажущийся еще выше, улыбнулся криво, откидывая длинные волосы с лица.
- Извини, если напугал. Не то, чтобы вид у тебя религиозный, просто ты похожа, - участливые глаза окинули ее фигуру с ног до головы, - на человека, который ищет выход из майи[1].
Она открыла рот, но все слова потерялись, расползлись, как черви по капустным листьям. Длинноволосый толкнул стеклянную дверь и обернулся, придерживая:
- Выход тут.
Динго посмотрела на его желтую куртку, свисающую с костлявых плеч, как с вешалки, на слишком широкие и слишком короткие штаны с растянутыми коленками, и поняла, что владелец их несомненно прав. Если она не выйдет сейчас, то не выйдет уже никогда. Двери закроются, и поезд поедет дальше, до конечной и дальше по кольцу, все по кольцу... Пока она не сгниет, пока все в вагоне не сгниют, и ей будет уже ничего не надо.
Она переложила корзинку в другую руку и шагнула в открытый проем.
Фактор спрашивал себя, почему он еще здесь. В компании «юношей бледных, со взором горящим» он чувствовал себя не на своем месте, как маринованный гриб в пакетике с семечками. И, удивленно созерцая все со стороны, мысленно отвечал: «Во-первых, мне интересно, кто теперь играет на «стейнвее». Во-вторых... если уйду, то, скорее всего, никогда больше не увижу девушку, сидящую напротив. А об этом я пожалею. Знаю, что пожалею».
Лилит была не просто красива – Федор встречал много красивых. Но они сделали свои лицо и тело средством выживания, навесили ценник на свою улыбку и научились включать и выключать ее по мере надобности. Они зажигали для него витрину чаще, чем для других, но со временем Фактору все меньше и меньше хотелось платить требуемую цену. Лилит носила красоту так, будто она не принадлежала ей, а была частью вечности, сияющей сквозь ее смуглую кожу, как спрятанное внутри солнце. Казалось, даже если Лилит уйдет, умрет, будет закопана в землю и сгниет на славу червям, ее красота останется с теми, кто ее видел, как улыбка Чеширского кота.
От Фактора не укрылось, что головы мужчин в кафе поворачивались в сторону девушки, словно подсолнухи за солнечным лучом. Что женщины стреляли в нее завистливыми или восхищенными взглядами. Глаз Шивы он не видел, но был уверен – за черными стеклами они следуют общему вектору. Он думал о том, смотрел ли этот фанат «Матрицы» на фотографию Лилит, когда отбирал кандидатов для «квеста». Остальные участники, очевидно, фото не прислали.
Тип, назвавшийся Еретиком, уселся за стол, не снимая шерстяной шапочки, похожей на те, что спецназовцы раскатывают в закрывающие лицо маски. Только вот эта физиономия, скорее, украсила бы стенд «Их разыскивает полиция». Ввалившаяся в кафе последней парочка могла бы попасть на другой стенд, с заголовком «Неопознанные жертвы» - субтильное рыжеволосое существо с корзинкой и хипповатого вида парень, которому девчонка, похожая на заморенного хомячка, едва доходила до груди. Динго – так гордо звался хомячок – и Край Най не понравились Фактору еще и тем, что, кроме корзинки, чудики не запаслись даже сменой одежды. Неужели они рассчитывают, что по ту сторону их встретят накрытый стол и мягкая постель?!
За взаимным представлением последовало неловкое молчание. Перекрестные взгляды резали его на куски. Темно-карие глаза Лилит были так же непроницаемы, как стекла очков Шивы, только в уголке губ затаилась улитка движения, готовая развернуться в улыбку. Еретик рассматривал всех, не скрывая интереса. Край прятался за слишком длинной челкой, доходивший до лиловых кругов под глазами. Хомячок-Динго уставилась на собственные коленки, в неумело накрашенных ресницах комочками запеклась тушь.
Движение Шивы заставило девушку вздрогнуть.
- Меню, - он подтолкнул стопку коричневых папок на центр стола. – Не знаю, успели ли вы поужинать. Так что предоставляю эту возможность сейчас. Выбирайте, что хотите, - за мой счет.
- О, богатенький папочка, - Еретик усмехнулся и тут же зашелестел листами с перечнем горячих блюд.
За его обветренной рукой потянулись к меню и другие.
- Последняя вечеря, - пробормотал Край, откидывая с лица челку рывком головы. Свет упал на туго обтянутые желтоватой кожей скулы.
- Интересно, кто же предаст сына человеческого? – Неожиданно для себя произнес Фактор ему в тон.
Четыре пары глаз оторвались от меню. У Динго радужки оказались голубыми с вкраплениями испуга – девчонка явно не поняла, о чем идет речь.
- Нас всего шестеро, - голос у Лилит был бархатным и густым, как и ее волосы. – Иуда остался за бортом. Ведь так, Шива?
