Понятно, что мы трое все его предложения о назначениях приняли. Тем более, что каждое из них было очень продуманным и взвешенным, и наилучшим образом отражало возможности каждого из нас. Лично я, очень благодарна Авдею Наумовичу за то назначение. Вот и друзья-коллеги со мной солидарны. Но если Вы обратили внимание, то каждый из нас, в том числе и прежде всего Шилов, на новой должности стал некой «заслонкой» для правительства. Судите сами, Авдей Наумович стал заслонкой от политических рисков внутри правительства, так как его позиция предполагала и то, что он выступал в качестве некоего арбитра между всеми группами. Я стала заслонкой от лишней информации, причем в обе стороны. Вадим Максимович, возглавив ОАММ, автоматически подписался под тем, что станет заслонкой от дурости низовых структур, как государства, так и госкорпораций. Ну а Матвей Сергеевич, вообще был отряжен на растерзание СМИ и общественников. Проще говоря, лично для меня, все было похоже на то, что нами заткнули пробелы, которые они сами заткнуть не могли, или не хотели, что вероятнее.
Я бы не стал использовать такую жесткую формулировку, как «на растерзание». Во-первых, я прекрасно понимал на что иду. Ну а во-вторых, материалы для все этих бесконечных пресс-релизов, брифингов, пресс-конференций и так далее, Авдей Наумович готовил вместе со мной, и всегда разделял ответственность за это. Так что, ощущения «один на один с толпой» у меня не возникало никогда. С другой стороны, думаю, что никто из нас на другое и рассчитывать не мог. Понятно ведь, что все «спокойные» должности были предназначены для своих, а нам, по остаточному принципу, отошли те, которые предполагают фактор «первой жертвы». Лично для меня, это вполне нормально. Другой вопрос, что приходилось значительные силы тратить на борьбу с этим фактором, ну так это нам не привыкать, весь период работы с Шиловым мы находились в такой ситуации постоянно, и научились с этим справляться. Разумеется, были кое-какие нюансы, связанные с непосредственным нахождением в правительстве, читай в госаппарате, но и к этому мы достаточно быстро приспособились. Тут ведь еще надо понимать, кто являлся твоими непосредственными оппонентами. В моем случае это было бесчисленное множество пресс-секретарей, главных редакторов и все без исключения статистические службы. У Елены Федоровны это была все внутренняя, «кабинетная» бюрократия. Для Вадима Максимовича, очевидно, это были все ведомства, отвечающие за местные дела, плюс местные же подразделения госкорпораций. Вы спросите, а как же Управление, Лобов, Видом и остальные? Ну тут, не в обиду Вадиму, сказался фактор адресности, направленности и персонифицированности противостояния, проще говоря, вся эта группа оппонентов переключила свое внимание на аппарат правительства, непосредственно на Шилова.
Какие уж тут обиды? Я всю прекрасно понимаю и осознаю. Более того, тот факт, что вся эта братия существенно ослабила свое внимание к ОАММ, стал, очевидно, серьезным подспорьем для повышения эффективности и продуктивности нашей деятельности. Банально, теперь мы направляли на нашу непосредственную деятельность не шестьдесят процентов времени и ресурсов, а все восемьдесят. Двадцать процентов по прежнему уходили на проволочки, бюрократию и обыкновенную лень. С сожалением вынужден констатировать, что по другому в нашей стране и быть не может, не знаю, что нужно сделать, чтобы любая организация все сто процентов всех своих ресурсов тратила исключительно для реализации своих целей и задач. Разумеется, если она действует в рамках правового поля.
Вы, в связи с новыми назначениями, ничего не упомянули про «ДВиК»?
