Шёпот бессмертных полностью

Хм, а я-то думал, Криспиан болтает гораздо больше, чем понимает. Отрадно, что я ошибался. Рано судить, но, кажется, Грег был прав, назвав однажды своего братца хорошим охотником на первых.

Удостоверившись, что возражений и вопросов больше нет, я перешёл к следующему пункту.

— Всё это было «во-первых». Во-вторых. Как нам найти Роксану? Очень просто. И искать будем не мы.

Видя живой интерес как минимум двоих членов собрания, я удовлетворённо продолжил:

— У Ксаны есть её верная ящерица. Подожди негодовать, Крисп! — я примирительно поднял ладонь, когда англичанин попытался в чем-то возмутиться. — Ангелица не раз говорила, что они связаны. Да я и сам это видел, — хмыкнул я, вспоминая ту ночь в клинике. Стоило смертельно ранить зверюгу, как Роксана скрутилась в три погибели. Это любого наведёт на некоторые забавные мысли.

— Смелая сможет почувствовать Ксану? — Таня задала вопрос не мне, а Криспу.

— Нет, линорм способен понять, жив его всадник или нет. Но почувствовать, где он находится, не сможет ни один даже самый преданный линорм.

— Я так не думаю, — прищурившись, я покачал головой. — Крисп, не забывай, Ксанка не простая всадница. Она — ангел. Ты сам говорил, что эти ваши линормы на дух бессмертных не переносят. А тут такая привязанность! Что мы теряем? Тебе нужно просто найти эту Смелую и проследить за ней.

— Ты так говоришь, будто это проще простого, — рыкнул Крисп.

— А чего сложного? — я пожал плечами. — Да любой ребёнок справится! Или тебе не найти виверну нашей ангелицы?

Колдун уколол меня льдинкой взгляда. В нём боролись два желания. Первое — поверить мне и сделать так, как я предложил. Второе — очертя голову, кинуться куда-то бежать и что-то делать. Давай же, Криспиан, я верю в тебя. Верю в твой здравый смысл.

Руки ожгло теплом. Я даже поморщился от боли и неожиданности. Что ещё такое?

Пока все были заняты обсуждением моего плана, я закатил рукав рубашки выше локтя. Вот, откуда жар! Мой рисунок точно взбесился. По нему шли алые и золотые волны. От линий и завитков пыхало жаром. Сами багряные полосы извивались, точно языки пламени, норовя лизнуть кожу чуть ли не на спине.

Что за чертовщина?

Я принялся успокаивать взбесившуюся татуировку. Легко сказать. На всякое моё усилие рисунок реагировал волной жара.

На лбу выступила испарина. Губы потрескались.

Нет, Ксана, ты не ангелица! Ты — дьяволица! Судя по твоей крови…

Помоги мне. Ты всё верно делаешь. Убереги их от глупых поступков! Дима, слышишь меня?! Убереги!

— Что??? — от удивления я дёрнулся. Языки рисунка заплясали ещё быстрее.

— Что? — хором переспросили остальные.

Но я не ответил.

Не знаю, где я. Но Смелая найдёт! Помоги мне. Пожалуйста!

— Стой, Ксана, это ты?! — от напряжения разболелась голова, и свело судорогой шею. — Кто тебя держит? Сколько?.. И почему только я тебя слышу???

Я видела Клода и Марка. Больше никого. И, Дима, мы связаны. Не знаю, сколько у меня времени. Но, Боргезов, действительно, хочет приманить вас. Он гораздо сильнее, чем мы думаем!..

Было ясно, что она торопится. Конечно, очень рискованно вытворять такие фокусы рядом с первым. Узнает — мало не покажется!

— Роксана! — чувствуя, как теряется с ней связь, крикнул я. — Стой! Ангелица!!!

Но поздно. Если хоть какая-то ниточка соединяла нас, она оборвалась. Перерезал её Боргезов, или силы покинули Роксану, я не знал.

В любом случае, то, что ангелица смогла выйти на нас, на меня, вселяло надежду. Может, я и смогу помириться с Таней. Ведь если вытащу Ксану из беды, Татьяна, возможно, меня простит.

«Нет-нет, — оборвал я себя, — нельзя же быть таким эгоистичным. Или можно?»

— Димка! — вывел меня из задумчивости оклик моей Кошки. — Что это было?

Я вздохнул. Потёр виски и обвёл всех чуть туманным взглядом.

— Это была ваша… — нет, всё-таки наша, — Роксана.

— Как? — удивилась Мира. — Я почувствовала чьё-то едва уловимое присутствие. И тепло. Оно исходило от Ксанки?

— Возможно, — не стал отрицать я. Кто их знает, этих эмпатов, как они чувствуют окружающих?

— Почему она обратилась к тебе? — с заметной нотой ревности поинтересовался Криспиан.

Пожав плечами, я встал. Немного прошёлся по комнате, разминая затёкшие ноги.

— Она сказала, что мы связаны. — Покосившись на замершие алые линии, покрывшие мои руки, я заметил. — Вот этим связаны. Каким-то образом она нашла меня.

Криспиан поморщился, но поверил. Я же не смог сдержаться, хоть и знал, что могу опять получить в зубы.

— Крисп, если хочешь, я тебе такую же вязь нанесу, — я продемонстрировал руку. — Будешь везде со своей птахой бескрылой общаться. Только Ксанку сначала спасём.

Всадник недобро глянул на мои руки. Недвусмысленно опустил большой палец вниз. Тоже мне, римский император!