Шёпот Вселенной полностью

– Так, и в чем же проблема?

– Ну, может, лишь в том, что для этого не найдется модели? – язвительно отозвался юноша, вновь погружаясь в книгу.

Молчание с друх сторон. Один погружен в мир автора, другой – размышляет, иногда записывая что-то в блокнот. О чем-то задумавшись, ходит из стороны в сторону, подходя к двери и перемещаясь в соседнюю комнату, – оставаясь на мгновение, затем возвращаясь обратно. Останавливается и присаживается на кушетку, стоящую возле деревянной ширмы, и произносит с улыбкой:

– Думаю, я знаю, как помочь тебе в этой затруднительной ситуации.

– М? – произносит тот, не отрываясь от чтения.

Приняв более расслабленную позу и смещая подбородок в сторону, он отвечает:

– Ты сможешь взяться за этот проект.

С кровати послышался глубокий вздох. Зажимая между переплетом палец, он со скучающим видом взглянул на друга и замер, широко раскрыв глаза.

– Какого.. – зарделся он, вскакивая с кровати. Книга повалилась на пол, с гулким стуком соприкасаясь с паркетом.

– Пожалуйста за помощь? – игриво отозвался тот.

– Эвтер, какого черта?!

– Ты сам сказал, что не сможешь найти людей, поэтому я решил помочь тебе в реализации того проекта.

– И именно поэтому ты сейчас нагой?!

– Ну да, – ответил парень, участливо покачав головой.

– Господи..

– Рато, душа моя, его не существует, – со смешком отметил тот.

– Что ж ты.. Скажи мне, ты один такой творческий или вас много?

– Думаю, я уникален в своей индивидуальности, – ослепительно улыбнулся он.

Молодой человек застонал, пытаясь скрыть руками свое лицо.

– Ну, что ты, напротив должен быть счастлив, ведь в твоей жизни появился я!

– Не то слово, ворвался..

– К тому же, это занимательная практика для нас обоих! Ты отточишь свое мастерство, а я.. не знаю, просто побуду в новом амплуа?

– Какое еще мастерство, я ни разу не работал в подобном формате! – донеслось восклицание со стороны.

– О.. Тогда, – поднимаясь и беря в руки фотоаппарат, он подходит к нему, слегка прикоснувшись к плечу. – Встанешь на новый путь мастерства.

Повесив предмет на шею, и отводя его руки от лица, он произносит:

– Профессионалы не сдаются, не так ли?

– Умеешь же смущать, – бормочет приятель с красными щеками, возвращая себе фотоаппарат и стараясь не смотреть на человека рядом.

– Ну, нет, – протягивает он, цепляясь пальцами за подбородок юноши. – Дело не сдвинется с мертвой точки, если ты будешь избегать собственную модель, так что, посмотри на меня.

Не охотно, неловко и аккуратно, он переводит темно-карие глаза, встречаясь с глазами цвета южной травы, разбавленными лучиками солнца – эдакого подсолнуха без черных вкраплений. Голос – мягкий, тягучий, подобно карамели, незнакомый и уже такой близкий – существует ли на самом деле этот тембр?

– Смотрю, и? – вопрошает тот.

– Глаза в глаза – уже неплохо, – добавляет парень, опуская руки. – Но недостаточно.

– Ты, скорее всего, забыл про то, что я говорил тебе до этого..

– Ах, да, как же.. Что-то про ловлю момента, да? – уточняет он. – Если..

Затихает, молча раздумывает над ситуацией, слегка покусывая нижнюю губу. Поймать невесомое, обратиться с ним в единое, запечатлеть в реальности, выходя за границы невозможного.

– Если.. – продолжает он. – Да, ты же зовешь меня Эвтер, так?

– Да, но..

– А первоисточник – муза. – Не останавливаясь, говорит он. – Тогда представь меня своей музой.

Затянувшееся молчание, разбавленное дыханием обоих и открытым окном, из которого доносятся внешние звуки.

Снова.Он и впрямь не знает.

– Ты.. как ты себе это представляешь-то?

– На словах получилось слишком просто, – неловко смеется юноша, – всегда поражался твоей проницательности, а ведь ты прав.

– Что ты опять..

– Я должен и впрямь стать твоей музой.

– И?

– Ты доверяешь?..

– Опять твои заверальные идеи?

– Что-то вроде, – кокетливо улыбаются ему. – Будем Мастером и Маргаритой этого времени.

Рядом еще сильнее вспыхивают.

– Но это лишь прообраз, а мы создадим историю Рато и Эвтер – Мастера и его Музы.

– Ты точно..

Не успевая договорить, он шумно выдыхает, когда его распаленной щеки касаются правой рукой, невесомо проводя вниз, задерживаясь на губах, и останавливаются на шее. Наклоняясь к уху, тихо проговаривает:

– Смотри на меня, как на Эвтер – свою музу, что благосклонен к такому Мастеру.

– Эвтер, твою..

– Шш, – тихо шикают в ответ, прерывая: – сейчас ты – Мастер, значит, не можешь так выражаться. Игра, друг мой, – и, будто подтверждая сказанное, скользит рукой еще ниже, очерчивая ключицы, – игра, которая стоит свеч.

Кокетливо улыбаясь, целует в щеку и мягко отстраняется, посмеиваясь над полностью покрасневшим другом.

– Напомни мне, пожалуйста, чтобы я тебя после прибил, муза, – сквозь зубы шипит он.

В ответ лишь доносится веселое гоготанье.

Снова. Распускаясь вне, отблеском приходит к несформировавшемуся, незаконченному, но уже обретающему свои очертания.

«В потоке жестов, слов,

Мы ищем пазлы, оголенных взглядом,

Блуждающим по веренице снов,

Под пеленой надежд, покрытых ядом,

Что ворохом приносит нам покой,

Длинною в сотни ярд и вечности оков,