-- Приглашаю вас переночевать в жемчужине Сент-Валена -- отеле "Фокстрот". Отличное место. Ваш номер будет располагаться рядом с моим кабинетом. Бассейн, вино, закуски. И, конечно же, девочки, каких нет больше ни в одном месте на земле, -- сменив деловой тон, просиял Оло, обращаясь к Николасу как к своему давнему приятелю, -- поверьте, вы мне не враг. В противном случае вы бы уже бесследно пропали. Посему советую вам расслабиться и, как говорится, предаться блуду. Вы не женаты, оттого никаких ограничений! По рукам? -- Дарвик поднялся с кресла и протянул руку Арзору.
Лидер Штарбайна ответил молчаливым рукопожатием, приняв приглашение.
***
Кабинет Ван Дарвика имел форму правильного восьмигранника и иллюстрировал пристанище просвещённого аскетизма: один узкий книжный шкаф с витриной и мягкое кожаное кресло с хромированными ножками. Аккуратный письменный стол по мере надобности автоматически поднимался из пола. На столешнице господствовал порядок -- ежедневник, позолоченная ручка и встроенный интерком для вызова секретаря. Всё в совершенно белом цвете. Особенностью кабинета были высокие зеркала, установленные по всему периметру восьмигранника.
Полночь давно минула, но Оло не спал. Он расстегнул рубашку, снял пиджак и развалился в своём кресле с полуприкрытыми глазами. За его спиной стояла женщина, высокая, стройная, темноволосая. Своими длинными пальцами она разминала шею Дарвика, поглаживала его кожу на лице. От рук пахло цитрусом.
-- Не волнуйся, мои девочки знают, как расположить клиента, -- проговорила брюнетка, взявшись за плечи Дарвика. У неё был грубый, обволакивающий голос.
-- Магнолия, я уверен в трусости нашего гостя. Даже если он сомневается, идти против меня Арзор не станет. Попросту угодит в кучу дерьма. И он это понимает. Потому страх туманного будущего делает своё дело. Он в наших руках, -- не открывая глаз и немного задрав свой череп, рассуждал Оло.
-- Вот я и прошу -- расслабься! -- улыбнулась Магнолия Эльверс и продолжила свой массаж. Магнолия, шикарная и ухоженная дама тридцати шесть лет. Однако выглядела она значительно моложе. Чёрные короткие волосы были заботливо уложены, а острые и не менее притягательные, чем фигура, черты лица были заслугой косметологов и тренеров по физической подготовке. Каждый день Магнолия Эльверс пробегала не менее трёх километров, тратила в тренажёрном зале по два часа и тщательно следила за рационом. В узкой иерархии Ван Дарвика она занимала ключевое место, разделяя его, разве что, с телохранителем Лидера -- Маятником. Прекрасная и одновременно хитрая Эльверс, управляла борделем, казино и отелем, названным в честь своей давней соперницы. Магнолия не раз умоляла Оло сменить вывеску, но второй был непреклонен. Босс Сент-Валена безумно любил ныне покойную жену и даже спустя годы после её гибели отказывался говорить о ней. Магнолия и Оло представляли идеальный тандем. Умный, красивый и невероятно циничный.
К Ван Дарвику ворвались без стука. Двери захлопнулись за спиной высокого мужчины в коротком плаще цвета слоновой кости с крупными чёрными пуговицами, накинутом поверх серой водолазки с высоким воротом. Его волосы были средней длины, тёмные с проседью, а глаза спрятаны за полоской плотной ткани, напоминавшей чешую пресмыкающегося. Кисти рук скрывали коричневые перчатки. На ногах синие брюки и чёрные туфли с овальным носом.
-- Прости за вторжение, патрон! Но, похоже, наша птичка кое с кем пощебетала, -- проговорил нарушитель спокойствия. У него был ровный, бесстрастный голос.
-- В чём дело, Маятник? -- приподнявшись на кресле, озадачился Дарвик. Магнолия замерла.
-- Служба безопасности уловила зашифрованный сигнал. Арзор болтал по должностной линии.
-- Кому?
-- Шербешеру. Советовался! Говорил, вы переворот задумали, развязать гражданскую войну хотите, -- резюмировал Маятник.
-- А Шербешер ему ответил? -- вмешалась Магнолия.
-- Ничего путного. Помычал, покряхтел и попросил встречи. На том и кончили.
Оло Ван потёр виски. Мигрень ему докучала последние годы всё чаще и назойливей. Особенно болезненными были моменты короткой задумчивости, в которые Оло решал, по какой колее ему предпочтительней держать дальнейший курс. В сложившейся ситуации поможет, как полагал Дарвик, грубая сила и "показательное выступление". На подобный случай нужны козлы отпущения, те, кто провинился перед обителью вседозволенности, обманулся иллюзией безнаказанности.
-- Что насчёт "манекенов"? -- спросил Ван Дарвик после недолгой паузы.
-- Парочка, -- ухмыльнулся и кивнул Маятник. -- Один издевался над проституткой, другой его защищал, когда мои ребята хотели намять проходимцу бока.
-- Чудесно!
Оло прыжком поднялся с мягкого седалища.
-- Подгони машину. Прокатимся до фермы. И заодно с "манекенами" захвати нашего дорогого гостя.
Маятник кивнул и удалился.
