А между тем, Пророчество продолжало работать, подкидывая мне чужие мысли. Хотя… если задуматься… Наверное, неведомый мне Оракул права. И Джая стоит осчастливить подарком. А то он сегодня собирался по городу прогуляться… и в каком состоянии будет по возвращении – об этом знает разве что Повелитель Всего-и-Ничего. Или… а ведь автор Пророчества – тоже может знать. Хм… И все-таки, попробую.
– Стоять!
Кто бы сомневался в том, что девчонку мне отдадут без звука. Да и в том, что любитель девочек Тихоня Зайр попытается выкрутиться даже из такой ситуации – было очевидно. Но вот поведение самой девочки меня поразило. Хотя от страха ее только что не трясло, но понять это я мог только благодаря таланту контролируемой эмпатии. Ни на лице, ни в твердой, уверенной походке, ни в голосе это никак не проявлялось. Сильная девочка.
Еще раз окидываю ее взглядом. Неплохо. Очень неплохо. Даже более чем. Красивое личико, начинающая формироваться, но уже приятная на глаз, и, я уверен – на ощупь, фигурка, длинные изящные ножки. И три серебряные пряди в волосах как нельзя лучше подчеркивают ее очарование, намекая на некоторый доступ к Силе. В общем – неплохой подарочек для Джая. Вот только кто ж ему этот подарочек сообразил?
Ну, да ладно… В конце концов, Джай уже показал, что он – большой мальчик, как-нибудь разберется. Да и на самом деле он мне буквально на блюдечке преподнес цель всей моей жизни…
Вспоминаю…
Лес вблизи осадного лагеря. Зерг, лейтенант Кровавой руки.
Лес. Шелестят листья на деревьях, поют птички, журчит по полянке ручеек… На поляне лежит женщина. Из всей одежды на ней – браслеты Отсечения, да и те не активны. Окидываю лежащую взглядом. Мда. Ноги чуть кривоваты, но этого почти не заметно. Лицо несколько не вписывается в классические каноны красоты… но вполне себе миловидное. В общем, не знай я, кто передо мной – наверное, уделил бы ей "немного внимания". Но в ЭТО я побрезгую сунуть кончик трости, даже если бы она у меня была. И я закрываю глаза.
– Не притворяйся, Лоррана. Игла Безразличия уже прекратила свое действие.
Я ухмыляюсь. То, что игла и браслеты не активны, она заметила уже довольно давно, и теперь старается "незаметно" собрать силы, чтобы вырваться. Давай-давай, голубушка, качай Силу, пей из источника. Воспользоваться ей ты все равно не сможешь. Магия – это не только столь любимые тобой пыточные заклятья, но и многое другое. И сейчас ты узнаешь, как плохо быть узким специалистом.
И вот Лорана посчитала, что Силы вобрала в себя достаточно, и пытается сплести заклятье. Ха! … и …, в общем – облом! Сила заперта внутри тела, а само тело – сковано моим заклятьем. Я очень давно и очень старательно собирал информацию о твоих слабостях, и сумел отфильтровать те слухи, которые ты сама о себе распускала. Но даже если где и ошибся… Кое-что для подстраховки у меня припасено. Но, не думаю, чтобы столь радикальные меры мне сегодня понадобились.
– И что же ты собрался со мной делать? Изнасилуешь? Или просто запытать решил? Мой хозяин обязательно вернет меня. И тогда Вы все заплатите. И ты, этот недомерок, что схватил меня. Все… Лучше отпусти меня, и тогда в награду я подарю тебе быструю смерть.
– Твой хозяин… нда…
Не открывая глаз, я кладу между грудей Лорраны амулет с символами моего сюзерена. От прикосновения к обнаженной коже холодного металла Мучительница вздрагивает. Второй амулет я подношу к ее глазам.
– Что… НЕТ! – Кажется, что от вопля Лорраны сейчас с деревьев осыплются не только листья, но и ветки. – Ты… ты хоть понимаешь, что делаешь? Понимаешь, с какими Силами играешь?!!
Мышцы Лорраны напрягаются, силясь сбросить ненавистный предмет… Но заклятье надежно удерживает ее на месте, и амулет не сдвигается даже на волосок. Улыбнувшись, я кладу второй амулет туда, где в низу живота Лорраны начинается треугольник волос.
– Ты… ты – безумец. Ты не ведаешь, что творишь! ПРЕКРАТИ! НЕЕТ! НЕ НАДО!!!
– Как сладко слышать твой голос, умоляющий о пощаде. Но этого – недостаточно. Многие просили тебя. Вспомнишь ли ты хоть одного, кому ты даровала пощаду?
– Ты… ты – безумец…
– Ты даже не понимаешь, насколько права.
И я открываю глаза. Маска полностью рухнула, и я хорошо представляю, что видит сейчас та, кого я собираюсь принести в жертву Повелителю Всего-и-Ничего, которому не нужны никакие жертвы. Теперь вместо слабенького отрядного мага-наемника, лейтенанта не самого известного из отрядов, перед ней стоит Отступник, маг, отказавшийся от принадлежности к Великому Дому. Серебряный маг. Черты лица сдвинулись лишь чуть-чуть, но опознать во мне Зерга, лейтенанта Кровавой руки – смогут очень и очень немногие, даже если бы не было главного отличия: мои глаза залиты серебром. И лишь черная точка зрачка и тоненькая окружность по границе радужки намекают, что я все еще человек.
– Кто… кто ты?
– Ты же сама сказала. Безумец. Сойг Безумец. А теперь, если хочешь – можешь кричать.
