Мирослава была почти уверена, что у Гречишникова машина была, но как она выглядела, детективу было неизвестно. Поэтому ей только оставалось надеяться, что один из автомобилей, стоявший на мини-стоянке, принадлежит ему. Мирослава не стала набирать по домофону номер квартиры Гречишникова, вместо этого набрала первые две пришедшие в голову цифры.
– Кто там? – строго спросили её.
– Почта.
Короткий пароль, помогающий приникать почти во все подъезды, сработал и на этот раз. Раздался звук щёлкнувшего замка, сообщающий о том, что путь свободен. Мирослава открыла дверь и вошла. Она по лестнице поднялась на нужный ей этаж и нажала на звонок двери Гречишникова. Ей долго не открывали. Потом она услышала какой-то подозрительный грохот. То ли хозяин уронил что-то тяжёлое, то ли уронили самого хозяина. Прошло ещё некоторое время, пока не раздались шаркающие шаги. «Странно, – подумала Мирослава. Она хорошо помнила, что Сорина говорила ей, что Максим живёт один. – Может, к нему родственник откуда-то приехал или он взял под опеку дедушку или бабушку, как теперь становится модным». Дверь открылась. На пороге стоял не дедушка и не бабушка, а молодой мужчина. Мирослава догадалась, что это и есть Максим Гречишников. «Ну и видок у него», – заметила она про себя и спросила на всякий случай:
– Вы Максим Гречишников?
– Ну, – ответил он, слегка покачнувшись, и опёрся на косяк, – чего надо-то?
– Вас, – ответила Мирослава, сделала несколько шагов вперёд, бесцеремонно затолкнула хозяина в квартиру и прошла следом за ним.
Максим попытался возмутиться:
– Эй, вы кто такая? И чего вам от меня надо? Вы вообще не имеете права входить в мою квартиру!
Мирослава развернула своё удостоверение. Он попытался прочесть, что там написано, но его взгляд никак не желал сфокусироваться, и, решив не напрягаться, парень удовольствовался тем, что видел корочки.
– И чего теперь? – спросил он.
– Ты чего так напился-то? – спросила Мирослава.
– Имею право! Я свободный человек.
– Может, и имеешь, – пожала она плечами. – Где у тебя кухня, свободный человек?
– Там! – ткнул он пальцем. – Но я вас, между прочим, не приглашал.
– Я не гордая и без приглашения пройду, – усмехнулась она.
Оказавшись на кухне, Мирослава разожгла газ, поставила на конфорку чайник. Затем начала открывать один навесной шкафчик за другим.
– Эй! Чего вы там ищете! Золота и бриллиантов у меня нет.
– Мозги твои ищу!
– Они тут! В черепной коробке. – Он постучал пальцами по своему лбу.
– Ты уверен? – спросила она, не пряча иронии.
– Конечно, – проговорил он, силясь стоять прямо, но потом всё-таки шлёпнулся задом на табурет.
Мирослава к этому времени уже нашла то, что искала, и заварила крепкий чай. Налив напиток в кружку, бросила в него дольку лимона и щедро насыпала сахар. Велела:
– Пей!
– Я буду жаловаться, – проговорил он неуверенно.
– Всенепременно, – согласилась она. – А пока пей.
И он стал пить обжигающий напиток небольшими глотками. Останавливался, вздыхал и снова пил. Постепенно его взгляд прояснился.
– Ты много выпил? – спросила она.
– Я не помню, – ответил он и пожаловался: – тошно мне.
– Понимаю, – тихо сказала она.
– Ленку убили, – проговорил он жалобно.
– Ты когда об этом узнал?
– Вчера.
– А раньше что же не звонил ей?
– Звонил. Но её мобильник молчал. Я думал, что она просто не хочет со мной разговаривать.
Мирослава вспомнила, что полиция телефона Гульковой так и не обнаружила. Бездомные его тоже не находили, иначе бы сдали в скупку и об этом стало бы известно.
– А что случилось вчера?
– Я осмелился позвонить ей на работу. Ленка запрещала мне звонить в её фирму. Вот тогда секретарь и сказала мне. – Он уронил голову на руки и глухо зарыдал.
«Да, дела», – подумала Мирослава и, решив привести парня в чувство, спросила:
– Может, вы её сами убили?
Он тотчас перестал рыдать и, кажется, почти что полностью протрезвел. Гречишников смотрел на детектива широко раскрытыми глазами, потом спросил:
– Вы что это, серьёзно?
– А почему бы и нет. Насколько мне известно, отношения с Гульковой у вас были неровными, она крутила вами, как хотела, можно даже сказать, издевалась.
– Это неправда! – закричал он и признался: – Да, Лена не слишком-то церемонилась со мной, но тем не менее я любил её и уж точно не убивал. Когда я ушёл, в её квартире оставался какой-то парень.
– Ещё один поклонник? – небрежным тоном спросила Мирослава.
– Сомневаюсь, – усмехнулся Максим.
– Почему?
– Потому что он смотрел на неё далеко не влюблёнными глазами.
– И тем не менее она захотела остаться с ним наедине и выставила вас за дверь.
– Мало ли какие у нее могли с ним быть дела, – вяло отозвался Гречишников.
Мирослава согласно кивнула и проговорила почти безмятежно:
– Но вы всё равно могли приревновать её, подождать, пока незваный гость уйдёт, а потом вернуться к Гульковой и затеять ссору.
– Вздор.
– И убить её в порыве гнева, – не обращая внимания на его слова, завершила свою мысль Мирослава.
– Да не убивал я её! Не убивал! Поймите! У меня появились шансы!
– Какие шансы? – девушка сделала вид, что заинтересовалась.
