— Профессор, — промычал Сидор, зажимая себе нос и бросаясь обратно к двери, широко распахивая её. — Вы бы хоть себе для опытов спирт очистили, чтоб не вонял так гнусно.
— А зачем чистить, мне и так хорошо, — равнодушно хмыкнул профессор. — А очистка, батенька, угля требует древесного, ну и кой чего ещё другого, о чём вам с вашими куриными мозгами я уже раз двадцать, наверное, говорил, а вы так и не услышали. Списочек я вам составил? Составил. Так будь любезен…, - профессор с трудом подавил зевок. — А раз нет чего надо, то и нюхай. Да и времени на подобные глупости где найти? А у меня, батенька, — вздохнул профессор, — нет ни того, ни другого, ни третьего….
— Ну, угля то древесного, полно кругом, — сердито возразил ему Сидор, душераздирающе откашливаясь и бросая на него сердитые взгляды. — Только и делай, что жги помаленьку. Леса кругом… Да и помощника себе, вы могли бы нанять, чай в деньгах то вас не ограничивают.
— Вот вы и займитесь, — раздражённо оборвал его профессор. — И углём и помощником, а мне некогда.
— Ну вот, — обречённо вздохнул Сидор, чуть плюнув в возмущении на пол, — ещё и это на мою бедную голову. Договорился, блин!
— А что там Димон, в долине делает? — возмутился он. — Я тут как папа и мама карлы вместе взятые, надрываюсь, а он там пеньки себе корчует. Развлекуху нашёл, — раздражённо пробормотал он. — Тут от проблем, голова пухнет. А он там блаженствует. Устроил себе синекуру, понимаешь!
— Вы, батенька, Димочку мне не трогайте, — сурово оборвал его причитания профессор. — Дима важным делом занят. Он плесень по стенам расселяет, а это дело долгое, нудное и никому, кроме него доверить невозможное. Сами же говорили, что никого чужого в пещеры пускать нельзя. Вот он один и корячится. С утра до ночи, между прочим. Под землёй! А это вам не на свежем воздухе тренировками с Корнеем заниматься.
— О, кстати, — обрадовался Сидор, радостно потирая руки. — Надо бы проверить, как там у него с тренировками. Небось, забросил всё. Надо это уточнить.
— Не волнуйтесь, батенька, без вас найдется, кому проверить. Там и без вас проверяльщиков хватает. Забыл уже, что там Маня с Корнеем живут? Одна она чего стоит. Кремень, а не женщина. У неё не забалуешь.
— Да, — почесал недоумённо затылок Сидор. — Откуда что взялось. Знал я раньше, что девка не то, что просто умная, но ещё и с характером. Но откуда? Из чего такое чудовище успело вырасти? Это что, на неё так замужество подействовало? — удивлённо переспросил он профессора. — Это что? Вариант властной жены командира полка? Сколько же у неё там солдатиков в подчинении оказалось?
— Да уж где-то под тысячу скоро будет, — неохотно уточнил профессор.
То, что Маня фактически выселила его из Долины, ему категорически не нравилось. Но не разлучать же жену с мужем.
— Они её больше Корнея боятся. Уже всю долину от пней не то, что освободили, но и выровняли, и вылизали так, что куда там трактору — планировщику. Прям, настоящий плац.
— Чем же они тогда там занимаются, — тут же заинтересовался Сидор, сразу представив, куда можно было бы направить их усилия.
— Учатся, батенька, учатся, — оборвал все его мечты профессор. — Им ещё до настоящего бойца, как до Китая раком. Днём и ночью они там учатся.
— Раньше наши хозяйственные дела им не мешали, — недовольно проворчал Сидор. — Так и теперь мешать не будут.
— Ну и куда же вы наметили их пристроить, — ехидно поинтересовался профессор. — Только учтите, это должно быть профильное использование, а то опять из Совета с руганью прибегут.
— Да хотя бы, пусть чернолесье, что закрывает долину от болота, вырубят и расчистят. Нечего ему там быть.
— Э, батенька, схватились, — рассмеялся профессор. — Давненько же вы там не бывали. Давно уже нет вашего чернолесья. Только и осталось, что, дренажных канав нарыть, чтобы осушить тот участок. Но это уже до весны, не копаться же в мокрой холодной земле зимою.
— Ну, раз они всё там раскорчевали и выровняли, то, что они там ещё делают? — удивился Сидор. — Пусть сюда спускаются, а здесь уже мы им работку то найдём.
— Да вы что, батенька, — испугался профессор. — Этого никак нельзя делать.
— Почему же это, — растерялся от такого неожиданного напора Сидор.
— Вы не понимаете, — встревоженным голосом проговорил профессор. — Тогда к нам сюда вернётся Маша.
— Куда сюда? — Сидор взглядом окинул убогую землянку. — Профессор, не смешите меня. Там у неё всё, о чем может только мечтать беременная женщина, ожидающая дитё малое. А здесь что? Низкие потолки, земляной пол, да ваш вонючий спирт. Тут даже места под детскую нет.
— Ей не нужны потолки, — трагический шёпотом прошептал профессор, глядя на него умоляющими глазами, — и ей, кажется, не нужна детская. Ей нужно командовать.
— Чего?
— Сидор, — скуксился профессор, — мы разбудили в ней зверя. Она муштрует бойцов, как рыбу чистит. Раз, два и готово. Я вам говорю. Её боятся больше Корнея. Она только бровью поведёт, как все бросаются выполнять её прихоти.
— Так уж и все? — скептически хмыкнул Сидор. — И Димон тоже?
