Странно. Свободной земли рядом с городом было полно, деньги у Совета на обустройство городского учебного центра и оснащение его всем необходимым были, желания что-либо сделать — нет.
— Ты что-нибудь понимаешь?
Заскочив как-то по дороге в Долину на минутку в Берлог, Сидор застал на поляне занятого муштрой Корнея, и решил поговорить по перезревшей уже проблеме.
— Я понимаю одно, — мрачный Корней старался не смотреть в глаза Сидора. — После окончания манёвров, после того как мы неожиданно стали обладателями довольно внушительной крепости, пусть до конца так и не построенной, прошло уже изрядное количество времени, зима кончается, а проблема с учебным центром так и не решена.
— Наверное, они думают или надеются, что я здесь так и останусь. И у города рядом, под боком, и делать им больше ничего не надо. Всё решилось как бы само собой.
— А потекут ручьи, и ты меня отсюда выгонишь, чтоб пахоте не мешал. Я тебя правильно понимаю?
Отойдя с Сидором на край поляны, чтоб не мешать людям заниматься, Корней с угрюмым видом наблюдал за тем, что творилось на поле. В сторону Сидора он старался не смотреть.
— Правильно понимаешь, — мрачно буркнул Сидор. По степени мрачности его физиономия не уступала Корнеевской. Проблема с Медвежьей поляной волновала его всё больше и больше, а выхода, реального выхода не просматривалось. — Уткнулись в то, с чего всё и началось. Нужно место, где ты мог бы учить своих курсантов.
— Говоря твоим языком, за что мы с Совета могли бы тянуть бабки, — мрачно буркнул в ответ Корней.
— Ну да, — согласился Сидор. — Надо свои же денежки постепенно возвращать. Хоть как-то.
Учебный центр Корнея он всегда рассматривал как один из самых надёжных способов зарабатывания средств для компании, и лишаться хорошо налаженного дела не собирался.
— Надеюсь, ты понимаешь, что для нас это поле совершенно неприемлемо использовать под учебный полигон и для проведения спортивных и военных соревнований горожан. Богатейший чернозём, так близко к городу. И такое бездарное для нас использование.
— Что хорошо для всех, не очень хорошо персонально для нас, — с явной неохотой согласился с ним Корней.
— Коряво изложено, но, по сути, верно, — согласно кивнул Сидор. — Надо теперь искать другое место.
— Надо. Но где?
— А что скажешь по поводу поймы Каменки?
— Единственное место рядом с городом, где есть хоть какое-то разнообразие рельефа, — понимающе кивнул головой Корней. — Холмы, старицы, овраги, ручьи, болота твои любимые, — Корней скупо улыбнулся, вспомнив, как тот постоянно матерится в адрес окрестных болот.
"Нелюбовь" Сидора к болотам Корней совершенно не понимал. Он не видел никакой разницы между самыми разнообразными формами рельефа окружающей местности и поэтому, когда Сидор начинал в его присутствии рассуждать, что все болота в округе надо осушить, чтоб ни комаров с мошкой, ни хлябей под ногами не было, этого он откровенно не понимал. В его представлении это был пустой, не нужный никому труд. К тому же высокозатратный, как по деньгам, так и по работе.
Поэтому, когда мог, он не упускал случая и обязательно вставлял Сидору шпильку.
— Пойма единственное место в окрестностях города, отвечающее всем моим требованиям. Это и рядом с нашей новой крепостью, и недалеко от города. И там есть вода.
— Здесь, воды нет, — мотнул он головой. — И если ты думаешь всё же что-то решать со своей судовой ратью, то иного места для этого нет.
— Там такое множество бесхозных стариц, проток, озёр и болотин, которые просто идеально вписываются в планируемый стиль обучения, что… искать надо там, — жёстко закончил он.
— Бесхозных, — вычленил для себя самое главное Сидор.
— И рядом с городом, — тяжело вздохнул Корней. — Маша далеко от города не поедет.
— Тут Димон как-то довольно неохотно, сквозь зубы высказал мне предложение о возвращении обратно в его Долину учебного центра. Но там те же проблемы что и здесь. Да и Маша, — Корней с безнадёжным видом махнул рукой, — в таких выражениях прокомментировала его предложение, что с тех пор ни о чём подобном он даже не заикается
— Угу. Москвичка, — вынес определяющий вердикт Сидор. — Значит, вариант перебраться куда-нибудь в глухую деревню или на дальний, уединённый хутор даже не рассматриваются. Пусть и небольшой, а здесь всё, какой-никакой, а городок.
— Это крупный центр всего этого края с тридцатитысячным населением и прилегающими многолюдными деревнями, ты называешь "какой-никакой городок"? — ахнул Корней.
Похоже, он искренне до сего момента считал, что они жили, чуть ли не в центре местной цивилизации. С понятием мегаполис и многомиллионным населением, похоже он до того ни разу не сталкивался.
— Городок, положим, десятитысячный, — флегматично возразил Сидор. — В лучшем случае.
— Если не веришь, сходи в Совет и уточни. А тридцатник он набирает только на зиму, когда сюда стекается масса народу с ближних и дальних краёв. Летом же он опять десятитысячный, если не меньше.
— Но речь сейчас не об этом. Я вот чего хотел с тобой поговорить. Помнишь, Голова у нас выклянчил штуку на устройство острожка там в пойме.
