— Чего? — Корней в растерянности даже замер, с удивлением глядя на него. — Штуку за острожек? Кусок какой-то тряпки за острожек?
Целую минуту Сидор задумчиво смотрел на него, соображая, о чём тот говорит.
— Пардон. Не штуку ткани, а тысячу с лишним золотых на устройство острожка в пойме Каменки. Извини, вечно забываюсь.
— Так вот. Попросили, временно, с отдачей, для усиления защиты города с юга. А то мол, мы вечно жалуемся, что с этой стороны никто, ничего и никого не охраняет. Всё, мол, с востока, запада и севера, а с юга, мол, никого нет.
— Договор, как положено, заключили, где чёрным по белому прописали. Мы даём тыщу там с чем-то, — Сидор наморщил лоб, вспоминая. — По-моему тысяча двести золотых на устройство городом острожка с южной стороны. С отдачей, разумеется. Ну, сам понимаешь, нахрена нам ещё одна крепость рядом с первой. Отдача предусматривалась через полгода.
— А потом, уж не упомню кто. То ли Голова, то ли Староста, то ли ещё кто, попросили оплатить содержание там сторожей. Всего по шесть серебрушек в месяц на человека, на три сторожа. По пол золотого.
— Фигня, как ты понимаешь, полная. Особенно после штуки, тьфу ты, — поправился Сидор, — после тысячи двухсот золотых, уже потраченных на тот же острожек. Я попросил Маню оплатить, она дала пришедшим людям восемнадцать серебрушек, спокойно подмахнула какую-то ведомостью на зарплату, и мы оба благополучно об этом деле забыли.
— Но, оказывается, на этом ничего не кончилось. Хоть эти полгода ещё и не кончились, история получила продолжение. Как раз к началу весны.
— Намедни, встречаю я в Управе Старосту, и он на голубом глазу меня спрашивает. А почему это мы не платим зарплату нашим стражникам? А? как тебе?
— У нас, оказывается, есть "наши" стражники. Ты этого не знал? — усмехнулся Сидор, невесело глядя на молчащего Корнея. — Ты тут бьёшься, как рыба об лёд, выискиваешь самородков, чтобы нанять их нам на службу, ругаешься, что никого завербовать не можешь. А оказывается у нас уже несколько месяцев как появились свои собственные стражники, о которых ни ты, ни я, ни никто из наших не знает ни сном, ни духом.
— Короче, — улыбнулся Корней. — Я тебя уже понял. Ты предлагаешь мне проехаться туда в острожек, посмотреть, кого нам навязали на шею городские власти? Я правильно тебя понял, — улыбнулся он.
— Нет, — без тени улыбки Сидор смотрел на Корнея. — Ты не понял ничего.
— Я предлагаю тебе проехать в наш личный, персональный, индивидуальный, собственный острожек, за который МЫ заплатили тысячу двести золотых за строительство. И в котором содержали из собственных средств, в течение нескольких месяцев, гарнизон, в количестве трёх человек, платя каждому по пол золотого в месяц. Обычное жалованье рядового стражника.
— Вот что я хотел тебе сказать. Понятно?
— Что смотришь? — по прошествии нескольких долгих, молчаливых минут спросил Сидор Корнея. — Да! Именно так всё и есть.
— Кого из вас двоих благодарить за такой подарок? Машу или тебя?
— Благодари городские власти, — поморщился Сидор. — Не ошибёшься.
— Ты хоть его видел?
— Ага, — кивнул головой Сидор. — На бумаге. План показали. Когда Староста меня в Управе поймал и спросил, почему мы не забираем давно готовые документы на свою собственность. Давно, мол, всё готово. Забирайте.
— За тысячу двести? — помолчав, кивнул своим мыслям Корней. — Острожек. Которому красная цена, самому дорогому — сотня, полторы.
— Неплохо кто-то заработал, — понимающе покивал Корней. — А факт признания нас владельцами, а нами владения естественным образом вытекает из факта оплаты содержания охраны острожка.
— Есть такое правило, — хмыкнул он. — Есть. Самое обычное правило, когда городские власти какого-нибудь города, не имея средств на содержание и оплату собственного войска, предлагают кому-либо взять на собственный кошт какую-либо башню в поясе крепостных стен. С оплатой гарнизона, соответственно. Обычное, рядовое дело. О котором никто из вас с Машей, естественно знать не мог.
— Странно только, что они так мало людей тебе в гарнизон включили. Всего трёх, — задумчиво пробормотал он.
— И если ты содержишь гарнизон, то и башня, как бы твоя собственность.
— Жалованье, я так понимаю, ты один раз им выплатил, — задумчиво констатировал он. — А теперь и бумаги на собственность взял в Управе.
— Поздравляю. Это действительно наша башня
— И отдача? — вопросительно глянул он на Сидора.
— Правильно понимаешь, — кивнул тот. — Сам острожек и есть отдача, в бумагах обозначенный как "Сторожевая башня дозорная".
— Всё! Бобик сдох! Острожек наш. За тысячу двести, вместо сотни, как он реально стоит.
— Грабёж. Тихий, аккуратный, интеллигентный грабёж.
Помолчав, Корней поиграл желваками, переваривая услышанное, и внимательно посмотрел на Сидора.
— Куда хоть ехать, смотреть, знаешь?
