Не глядя на Голову он захлопнул папку с лежащим там одиноким клочком какой-то невнятной, неопределённого масштаба карты, скорее просто схемы, и резким движением отстранил её к сидящему напротив Андрею.
— Извините, господа, но я деловой человек и тратить своё рабочее время на написание лично мне не нужных бумаг я не намерен.
— Если б вы профинансировали нашу экспедицию, тогда бы разговора не было. Но поскольку на неё вы не выделили ни монетки, то и разговаривать нам с вами не о чем.
— Ваша позиция нам ясна — позиция страуса. Вы не знали, не знаете, и не хотите ничего знать что происходит в том краю. В ином случае вы бы давно сами поинтересовались.
— Ежели же вам что-то захочется дополнительно узнать из того, что мы там нашли, то спрашивайте. Всё что знаем — ответим. Может быть, — криво усмехнулся он.
— Но заниматься писаниной не будем, — медленно, по слогам выговорил он в установившейся в комнате тишине. — И спрашивать вашего разрешения на то чтобы там что-либо делать — тоже не будем. Уж в этом-то вопросе мы достаточно с местными законами разобрались. Нет у вас таких прав, чтоб нам что-то запрещать там делать.
— А нет, так и разговора больше нет. Хочешь что-то узнать, — посмотрел он прямо в глаза Головы. — Плати!
— Но расспросить-то курсантов о походе вы нам не будете мешать? — в упор глядя на Сидора, насмешливо поинтересовался Андрей.
— Разумеется нет, — сухим, лишённым эмоций голосом отозвался сидящий рядом Корней. — За обучение курсантов платит город, поэтому городские власти имеют полное право знать где, чем и как занимаются их подопечные. Попытка же выведать что-либо у лиц, оплачивающих обучение из собственного кармана или вольнонаёмных, будет жёстко пресекаться.
— Надеюсь, наша позиция вам ясна? — тихо поинтересовался он.
— Всё, господа! — хлопнул ладонью по столу Голова. — Совещание по поводу похода наставника отроков Корнея на юг, в сторону гор, объявляю закрытым. Всё что нам надо было узнать мы выяснили. Если нам что-либо ещё потребуется уточнить, то мы любезно воспользуемся разрешением Корнея, — наклонил голову он в сторону настороженно глядящей на него парочки.
— А теперь давайте расходиться, — окинул он всех собравшихся усталым, раздражённым взглядом. — У каждого из нас ещё своих дел полно, а ругаться друг с другом можно и в индивидуальном порядке, — невесело пошутил он. Судя по его мрачному лицу, окончание совещания на подобной мрачной ноте ему не понравилось.
— Так дело не пойдёт, — тихо перебил его Корней.
Столь быстрое закругление совещания никак не входило и в их с Сидором планы. Слишком много оставалось пока ещё неясных вопросов. Хотя даже просто смотреть на происходящее ему было откровенно тошно. Очень не нравилось ему когда кто-то пытался делать что-то у него за спиной, и уж тем более, когда его откровенно использовали в чьих-то интересах, пусть даже в интересах и на благо всего города.
— Вы что, не понимаете, что этот город и выжил то лишь потому, что весь тот край в предгорьях погиб, приняв на себя основной удар, — Корней всё же попытался достучаться до сознания присутствующих. — А сейчас там никого, кроме редких охотников за пушниной нет. И если действительно с юга ломанутся пираты, то остановить их будет просто некому.
— Там вообще никого нет, — развёл он руками. — Вы что, не понимаете? Вообще никого. Да они до нашего города легко дойдут, благо дорога на перевал торговцами поддерживаются в относительно неплохом состоянии. Там даже мосты через реки кое-где остались, не говоря уж про ручьи.
— Вы строите крепости со всех сторон, кроме южной. А если отсюда они действительно ударят. Кроме, как оказалось довольно таки хлипкой крепостицы у нас на Медвежьей поляне, да нового строящегося учебного центра на реке, на данный момент никакой защиты с южной стороны вообще нет. Это же какая дыра в обороне города. Вы что? Этого не понимаете? — Корней удивлённо смотрел на них. — Или надеетесь отсидеться за стенами своих крепостей, а город бросить?
— Для того о чём ты говоришь, нужны деньги, — недовольно мотнул головой Голова.
Сидор, глядя на него, невольно ухмыльнулся тавтологии. Дальше уже можно было не слушать. Всё дальнейшее было понятно — опять будут просить деньги, точнее — жемчуг. И не крупный, как по всем раскладам следовало бы, а почему-то именно мелкий.
Хотя, он уже в причинах этого ни в малейшей степени не обольщался. Мелкий речной жемчуг, которого они последнее время, по совету того же Головы, много выбросили на продажу в городе, неожиданно оказался весьма востребованным.
При одной только мысли об этом, Сидор чуть не заскрежетал зубами от бессильной злости. У него как наяву перед глазами стояло видение собственной руки, небрежно отбрасывающей в сторону вскрытую небольшую жемчужницу с поблёскивающей там не извлечённой маленькой, идеально круглой жемчужиной.
