— Раскольников! За нападение на студента…
— Это не нападение, — перебил я её.
— Я не позволю на своём занятии…
Но я её не слушал и запустил в парня ещё один огненный шар, дождавшись отката. Он и его не отразил, из-за чего начал злиться. Вот это уже пошло парню на пользу и, собравшись с силами, он запустил в меня очень качественный шар. У Добровой аж волосы растрепались, когда он пролетел возле неё и попал в мою ледяную стену.
— Ну вот. А вы говорили он ничего не умеет, — улыбнувшись, сказал я и сел на своё место.
— Ты… Вы… — пыхтела она от злости. — Раскольников! Минус пять баллов за нарушение дисциплины! А ты… — перевела она взгляд на Тимура.
Тот уже спокойно создал огненный шар и запустил его в специальный поглощающий манекен. Артефакт, оценивающий урон и качество прилетающих по манекену заклинаний показал максимальный балл — десять из десяти.
— Зачёт сдан… — едва слышно сказала она.
На этом инцидент был исчерпан, а Тимур меня после этого раз десять поблагодарил и обещал стараться изо всех сил.
Минус пять баллов мне было не жалко. Тем более, она бы всё равно нашла повод завалить меня. Я на каждом её занятии получаю как минимум минус пять баллов.
Зато все наши сдали зачёт, в отличие от группы бетта. Там, говорят, двоих исключили и даже одного из альфы. Правда, тот просто не явился на занятие.
Вообще, с каждым днём я буквально чувствовал, как мои подопечные набирают опыт. Вроде всего две недели, но тем не менее все они рвались, как писал поэт «из всех сухожилий». И естественно, уже был виден результат. Мало того. Я чувствовал, если так пойдёт дальше, ещё вопрос кто сильнее — бета или гамма. На альфу я пока не замахивался, в ней всё же были люди с большим потенциалом.
Кстати, с Вересаевой у нас всё же сложилось. Ну мне уже просто стало реально жаль девушку. Даже Соня уже стала укоризненно смотреть на меня, когда заходил об этом разговор. Так что в ближайшую субботу я отправил своего соседа в гости к Орлову и Морозову, а сам пригласил девушку. Упрашивать её, естественно, не пришлось, она явно обрадовалась. Правда, секс с ней поначалу оказался весьма унылым. Это если бы я не проявил инициативу. В общем, ролевая игра «Учитель и ученица», пришлась весьма кстати. Тем более, что учиться Лена всегда была готова с большим энтузиазмом.
Прокувыркались мы с ней час. На большее девушки просто не хватило. И так ушла она от меня, покачиваясь. Вернувшийся Потёмкин с явной завистью смотрел на меня. Но ничего не сказал, вот за это ему жирный плюс. Дисциплина, понимаешь! К тому же, как выяснилось, тут и Соня решила поучаствовать в нашем «разврате». Девушке тоже явно не хватало любви.
В результате на следующей неделе в связи с этим мы устроили ещё один сеанс секс-терапии. На этот раз действие затянулось часа на три. Во-первых, Соня сильно изголодалась по, так сказать «комиссарскому телу». Во-вторых, Вересаева явно вошла во вкус, и во вторую нашу встречу я совершенно не узнал девушку.
Её словно подменили. Где скромность и смущение, что были на первой встрече? Ни следа не осталось. Даже Соня, по-моему, была удивлена. Но подобное удивление было приятным. К тому же Лена оказалась большой любительницей орального секса, да и вообще весьма изобретательной. Прямо как в пословице про «в тихом омуте черти водятся». Так что все остались довольны.
Кроме Потёмкина, которого мне уже стало немного жалко. Но что делать!
В очередную пятницу я планировал, честно говоря, отдохнуть. Всё же какие-то сумасшедшие дни. Занятия, тренировки, факультатив, секс. Я от подобного ритма уже слегка подустал. Но когда после ужина мы шли домой, в общагу, меня остановил служащий Академии. Эти невзрачные люди действительно были какими-то незаметными. Вроде они есть, а вроде их и нет. Наверное, это и был верх профессионализма. Мне сообщили, что меня желает видеть ректор.
Имба сразу возбудился. Впрочем, неудивительно.
«Рупь за сто, трахаться будем… ректора поиметь это же ух! Да и там такая женщина…»
Он бы ещё долго рассыпался в комплиментах Ирине Московской и выкладывал свои влажные мечты на этот счёт, но я быстро остановил его.
Принимала меня древняя вновь в своём кабинете. Только на этот раз мне показалось — что-то неуловимо изменилось. Ну, во-первых, одежда у неё была явно неформальной. Я бы даже сказал немного провокационной. Короткое лёгкое платье, подчёркивающее все достоинства её фигуры (а как я уже говорил, достоинства там имелись). Вдобавок у ректора улыбка стала другой, мне вообще показалось какой-то манящей… вот же блин. Да и сам стол, на котором стоял кувшин вина, фрукты и два кубка… Придавал кабинету совершенно неофициальную обстановку. Больше всё это смахивало на такой псевдоромантический ужин. Блин, неужели Имба прав? Чёт с трудом верится.
«А я прав! Я всегда прав!» — прозвучал в моей голове его гордый голос.
Ну, проверим. Я сделал витиеватый комплимент внешнему виду девушки и, судя по её улыбке, похоже, он попал в цель.
— Денис, — начала Древняя, когда мы сели друг напротив друга и пригубили вино. — Я хотела сначала поговорить о тебе.
