…Когда Александра, закутанная в длинный темно-синий — но явно не мужской халат, что вызывало естественные вопросы, которые задавать неудобно, вернулась в гостиную, дрова в камине уже разгорелись. Поленья весело трещали, щедро одаривая комнату теплом. Чопорный диван обиженно насупился, пренебрежительно разглядывая подушки с ярким восточным рисунком, разбросанные по его поверхности и разрушавшие церемонную атмосферу и строгий викторианский стиль, на страже которого он неусыпно стоял уже столько лет. Утешением для него мог служить только стол, сервированный на двоих: с белоснежными салфетками, хрустальными бокалами, серебряными ножами и вилками, и, главное, тарелками и чашками с гербом.
Александра подложила подушки под спину и с удовольствием откинулась, впитывая расслабляющее тепло камина и ощущая удивительную спокойствие, которым, были пропитаны стены и интерьер гостиной. Оглядела комнату. Строгий стиль. Старинные напольные часы, размером со шкаф, размеренно и равнодушно покачивают медной головой маятника, намекая, что именно они управляют временем, а разницу между сутками и столетием замечают только люди, которые времени подвластны. На стене возле камина — два портрета. На первом — приятный мужчина средних лет, а рядом… Александра поднялась с дивана и подошла ко второму портрету, на котором была изображена прелестная молодая женщина лет двадцати пяти, в простом, но изысканном платье, обнажавшем руки и шею, с волосами, остриженными по моде Серебряного века, с мягкими чертами лица и неожиданно жестким взглядом, в котором художник сумел передать затаенную боль, надрыв и тайну. Но главное, что женщина была, — Александра присмотрелась, — невероятно похожа на нее саму! Если изменить прическу и переодеть — просто зеркальное отражение! А на пальце — перстень в виде книги! Тот самый, который привезла Кларисса в подарок от Николя. Значит это и есть та самая графиня, с которой, судя по туманным фразам Николя, произошла какая-то таинственная история. И значит о сходстве именно с ней говорили Николя и Кларисса в ресторане. Но, помнится, Николя тогда сказал, что она похожа не только на графиню. Но на кого тогда?
Услышав шаги в коридоре, Александра вернулась на диван. Бросила взгляд на стол. Взяла чашку в руки и поднесла к глазам, чтобы рассмотреть герб с надписью латинскими буквами.
— «Carpe diem»? — изумленно прочитала она вслух.
— Да, да. «Живи сегодня», — подтвердил Николя, входя в комнату с бутылкой вина и кофейником в руках. — Наш родовой девиз. Именно эти слова и сказала гадалка, — он опустился рядом на диван и принялся разливать вино по бокалам. — Это знак! — сказал многозначительно, как Онуфриенко. — За вас, Александра! — поднял бокал.
— И за вас, Николя, — задумчиво сказала она и сделала глоток, почувствовав терпкий вкус вина.
— Угощайтесь, — Николя снял салфетки с блюд, под которыми оказались аппетитные сандвичи, умело украшенные листьями салата.
— Чудесная работа! — Александра указала взглядом на портрет графини Тарнер.
— Спасибо, я старался, — не поднимая глаз, сказал Николя, аккуратно отрезая кусочек сандвича.
— Я о портрете, — уточнила Александра.
— А-а, — Николя смущенно улыбнулся. — Я подумал, вы меня хвалите.
— Вас тоже хвалю, — улыбнулась Александра.
— Значит, портрет уже заметили? — Николя глянул вопросительно.
— Разве можно не заметить… — она сбилась, не решившись продолжить.
— Саму себя, вы хотели сказать? — с понимающей улыбкой продолжил за нее Николя. — Сходство и правда поразительное. Можно подумать, что природа сделала то, на что не решаются ученые, сдерживаемые соображениями церковной морали. А вы думали, почему я в Нотр-Дам так на вас… «пялился»? — перешел Николя на русский, чтобы блеснуть жаргонным словечком.
— А я подумала, это любовь с первого взгляда, — рассмеялась Александра. — Вижу, ошиблась. Как говорят: «И на старуху бывает проруха», — тоже сказала по-русски.
— Это пословица? — поинтересовался Николя. — Очень хорошо рифмуется. А кто эта старуха?
— Да так, женщина одна, — махнула рукой Александра. — Вы ее не знаете, — с улыбкой опустила глаза.
— Кстати, я должен снова заметить, — Николя отпил вина и промокнул губы салфеткой, — вы похожи не только на графиню Ирэн Тарнер.
Александра глянула заинтригованно и даже перестала есть.
— Кушайте, кушайте, — улыбнулся он. — Когда узнаете на кого, вам будет уже не до еды и не до кофе.
— Господин! Из каминной трубы над домом графа идет дымок. Возможно, они там.
— Проверяй! — грузный мужчина поднялся с кресла и, прижимая трубку телефона к уху, принялся расхаживать по комнате. — До сих пор не могу поверить, что они выбрались! — раздраженно сказал он. — Доделай то, что поручено. И извести всадников о сборе сегодня вечером. Да, кстати, теперь женщина мне нужна. Похоже, она все-таки увидела Богиню. В общем, она не должна отсюда улететь… Кстати, поаакуратнее с помощницей графа. Сам знаешь, где она обучалась. Но если будет мешать… В общем, ты понял…
— А вот на том портрете, — Николя указал ей за спину, — мой дед Бернар и бабушка Софи.
