Антонина огляделась по сторонам – в «каюте» не было никаких перегородок. Выходит, она будет спать в одной комнате со своим новым знакомым… Впрочем, ей сейчас было на все наплевать, лишь бы прилечь и отдохнуть!
Но у Платона Николаевича оказалась идея получше: он открыл неприметную дверцу в дальней стене и показал Тоне еще одну маленькую комнату, заставленную коробками и ящиками. На одних из них тоже стояли старинные медные приборы, на других – искусно сделанные чучела ярких тропических птиц. В углу обнаружилась узкая кушетка, застеленная клетчатым одеялом.
– Вот тут ты можешь спать, – проговорил он, протягивая девушке чистые простыни. – Тут у нас подсобка, здесь оставили всякие ненужные экспонаты, ну и заодно получилось дополнительное спальное место на всякий случай. Кушеточка, конечно, узкая и жесткая, но, как говорится, чем богаты!
– Спасибо, это просто здорово! – ответила Антонина, чувствуя, как ее глаза слипаются. – Вы меня просто спасли… Просто спасли… Не знаю, что бы я без вас делала…
– Может, чаю хочешь? – предложил Платон Николаевич. – Или перекусить чего-нибудь?
– Может, потом… – отозвалась Антонина, которую, как магнит, притягивала кушетка. – Я немножко посплю, а потом… Потом мы с вами попьем чаю…
– Ну, спи, спи! – Бывший моряк вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.
Антонина доплелась до кушетки и заснула, едва ее голова коснулась подушки.
Рик улегся на полу возле ее ног, всем своим видом показывая, что никому не даст в обиду свою новую хозяйку и будет бдительно и неусыпно оберегать ее сон. Платон Николаевич выдал ему из своих запасов два слоеных пирожка с мясом, сказав, что завтра же с утра договорится с директором, чтобы поставить пса на довольствие. Рик вяло махнул пару раз хвостом и уснул.
Адмирал Андреа Дориа, негласный правитель Генуи, слушал молодого картографа с непроницаемым лицом.
– Индия полна несметных сокровищ! – повторял синьор Коломбо. – Тот государь, тот правитель, который владеет Индией – владеет миром! Короткий путь в Индию – это путь к богатству и могуществу! Если вы, ваша милость, дадите мне три… нет, лучше четыре хорошо оснащенных корабля, я приведу их в Индию коротким путем, и Генуя снова займет достойное место среди городов и государств Европы! Она станет первой среди государств Италии, потеснив надменную Венецию и гордую Флоренцию!
Коломбо замолчал.
Адмирал откашлялся, подошел к камину, в котором пылал огонь, протянул к нему старые морщинистые руки.
– Я выслушал тебя, – проговорил он наконец. – Ты полон энтузиазма. Я верю, что ты можешь найти западный путь в Индию. Но вот нужно ли это нам? Нужно ли это Генуе? Сейчас мы, худо-бедно, контролируем часть средиземноморской торговли. Да, Венеция теснит нас, но великий Константинополь все еще на нашей стороне, наши земляки имеют большое влияние при дворе базилевса, и товары с Востока попадают на наши рынки прежде, чем в другие города Италии. Конечно, это уже не тот мощный поток, как двести лет назад, но это – полноводная река, которая позволит Генуе процветать еще долго, очень долго…
– Константинополь не сегодня завтра падет под ударами турок! – воскликнул Коломбо.
– Не перебивай меня! – поморщился адмирал. – Я же тебя не перебивал! Я слушал тебя достаточно долго!
Адмирал несколько раз глубоко вздохнул, чтобы унять сердцебиение, и продолжил:
– Так вот, на чем я остановился… Если ты откроешь свой короткий путь в Индию, восточные товары пойдут в Европу в обход Константинополя, в обход Средиземного моря, и это значит – в обход Генуи. Твой план, может быть, и хорош, но для нас, для нашего города он губителен. Я не хочу войти в историю как правитель, заживо похоронивший родной город, поэтому я говорю тебе: нет, никаких кораблей, никакой экспедиции!
Кристофоро понял, что аудиенция закончена, и покинул кабинет адмирала.
Едва он вышел, раздвинулась тяжелая бархатная портьера слева от камина, и из-за нее вышел высокий сутулый человек с желчным вытянутым лицом – Джанкарло Спинола, представитель старого знатного рода, член могущественного Совета десяти, один из самых богатых и влиятельных людей в городе.
– Зачем вы отпустили его, адмирал? – проговорил Спинола, едва сдерживая раздражение.
– Что вас не устраивает, Джанкарло? – примирительным тоном отозвался старый адмирал. – Я отказал ему, как мы и говорили… Как мы решили на Совете…
– Отказать ему – это мало! – воскликнул Спинола. – Вы только что в разговоре с этим выскочкой обрисовали опасности, которыми грозит Генуе его экспедиция. Отказать ему – мало, нужно сделать все, чтобы у него ничего не вышло, и в первую очередь – арестовать Коломбо, заключить в тюрьму пожизненно или просто убить!
– Как у вас все просто, Джанкарло! – поморщился адмирал. – Арестовать! Убить! Простите меня, старый друг, но есть закон, и я его соблюдаю. Этот молодой человек не совершил ничего дурного, ничего противозаконного. За что же мы будем его наказывать? Более того, я уверен – если не он, то кто-нибудь другой найдет этот западный путь рано или поздно…
