Случай из практики одной маленькой спецслужбы.
Шкатулка с сюрпризом.
У этой марки часов имелось длинное и сложное гномское название – но даже сами гномы уже привычно называли её «
И, конечно же, эти хронометры стоили не просто дорого, а очень, очень дорого. Если будущий офицер не имел богатых родителей, он мог надеяться разве что на вышедших в отставку родственников... или на чудо.
Лейтенант О’Шиннах обзавелся «мечтой» лишь на прошлой неделе – и до сих пор не мог отказать себе в удовольствии лишний раз вытянуть за цепочку тяжелый стальной кругляш и глянуть на паутину стрелок под кварцевым стеклом.
– Опаздываем, сэр!
Прежде чем ответить, сидевший напротив человек аккуратно сложил газету, отложил её на край столика и лишь затем поднял взгляд на собеседника.
– Флотский снобизм во всей красе, – с легкой усмешкой констатировал он. – Между тем, наши казенные личности везет отнюдь не броненосец флота Её Величества и даже не экспресс. Увы, но это всего лишь дилижанс, причем его паровая машина порядком изношена. Слышите, какие жалобные звуки она издает на очередном ухабе? Право же, Аллан, будьте снисходительны... или хотя бы реалистичны. Здесь, в сорока милях от столицы, опоздание меньше, чем на пару часов – мелкая неприятность, не более.
– Как скажете, сэр.
Простую истину о бессмысленности – и вредности – споров с вышестоящими Аллан прекрасно усвоил еще в школе. Правда, иной раз казалось, что его нынешний шеф нарочно предлагает-провоцирует оспорить высказанную им сентенцию. Вот и сейчас полковник, вновь берясь за газету, выглядел... разочарованным? Человек-загадка.
В свои неполных двадцать два О’Шиннах успел «повидать мир», даже побывать – и повоевать – в заокеанских колониях. Удачно – ведь у него получилось убраться оттуда живым и сравнительно целым. Кроме пары шрамов, новеньких эполет и недолеченной малярии заморским трофеем стала привычка мысленно подбирать окружающим животное-тотем. Обычно это не составляло труда, но у Карда сквозь спокойно-породистую морду бладхаунда то и дело проступали волчьи клыки.
Вздохнув, лейтенант снова принялся изучать проплывающий за окном пейзаж. Удручающее однообразным зрелищем он «наслаждался» четыре, нет, уже пять часов. Холмы и рощи, темные скелеты изгородей, грязно-желтые пустоши с редкими пятнами снега, изредка мелькнет бурым пятном покосившаяся хижина или полуразвалившийся сарай. Западный Сузат и раньше не числился среди процветающих графств, а последние четверть века обезлюдили его не хуже орочьего набега. Отчаянные отправились ловить счастье за морем, умных поманила огнями близкая столица. И лишь немногие остались рядом с могилами предков, с воистину гномьим упрямством пытаясь выжать из местных суглинков очередные жалкие крохи.
А из них тянула жилы местная знать...
Замок появился внезапно, словно красный демон из шкатулки с сюрпризом. Стоило лейтенанту отвернуться от окна, пока дилижанс, надсадно скрипя рессорами, преодолел очередной изгиб тракта – и вот он, серая каменная громада на холме, мрачно разглядывающая проезжих сквозь узкие вертикальные зрачки окон. Деревушка у подножья – полдюжины домишек, скучившихся вокруг двухэтажного здания с характерной вывеской – еще больше подчеркивала размеры замка. Он... неправильный, понял вдруг Аллан. Слишком огромен, слишком велик для этих мест, хотя печать уныния и безнадежности не миновала и его – даже с дороги видно дыру в крыше, несколько проемов заколочены досками...
Что в этой глуши могло привлечь внимание полковника Ночной Гвардии? «Дело спокойствия короны»? Смешно и нелепо – мечты здешних заговорщиков, если таковые имеются, наверняка простираются не дальше попыток утаить от сборщиков пару грошей налога. Настоящие змеи копят свою отраву в столице, поближе к трону.
Впереди пронзительно свистнуло, заставив лейтенанта подскочить и мотнуть головой. Дилижанс окутался паром, лязгнул напоследок и замер.
– Наш выход, Аллан – полковник, выпрямившись, достал из багажной сетки небольшой саквояж.
