Ключи я не нашла, все крючки были пусты, как и полки. Только на самой верхней валялась тоненькая книжечка в черной кожаной обложке. В такую, наверное, записывали встречи или расходы. Причем листы вырывали и выбрасывали. Что-то вроде органайзера. В книжке оставался последний чистый листок. Машинально я сунула книжку, благо она была небольшой, в карман и направилась к столу, чтобы проверить ящики. И каким-то внутренним ощущением поняла, что надо мной кто-то есть, но, кажется, успела юркнуть под стол до того, как по стеклянной крыше скрипнули каменные когти горгульи.
Стараясь даже не дышать, я сжалась под столом и не знала, как понять, ушла горгулья или нет. Хлоя там изведется без меня и, чего доброго, пойдет искать приключений. Ладно, рассуждаем логически. Горгулья заглянула в кабинет, никого — я надеюсь — там не увидела и свалила заглядывать в другие окна. Это — логично, но у персонажей сказочного мира вообще может быть своя логика. Я вообще в книге, и если сейчас на меня грохнется гигантский рояль, ни разу не удивлюсь.
К счастью, рояли здесь если и летали, меня они на этот раз явно пощадили. Так что осторожно я высунула нос. За окном никого не было. Или горгульи тоже затаились. Ладно, мне все равно надо что-то делать, не сидеть же под столом до утра, в то время как Хлоя умирает от страха.
Если честно, вся серьезность ситуации до меня не дошла. Я воспринимала это как приключение, волнительное, но несерьезное. И это чувство было куда опаснее горгулий, к счастью, мне хватило мозгов, чтобы понять.
Я наспех принялась открывать ящики. Мне повезло — в одном из них были ключи, к сожалению, не подписанные. Еще была рамка с небольшим портретом. В свете луны я узнала девушку, изображенную на нем — та же, что и на большой картине в кладовке. Интересно… Эта школа таит в себе гораздо больше тайн, чем хотел показать Ноэль. Но я не уверена, что хочу с ними сталкиваться.
Хлоя вскочила, едва меня увидела. Она казалась немного бледной, но в целом держалась неплохо.
— Я без понятия, от чего эти ключи, — призналась я. — Но кабинет директора был открыт, должны быть и другие двери.
Мы обе замерли, когда услышали звук открывающихся дверей и медленные шаги в холле.
— Тебе не спрятаться в этой развалюхе, странница. Мои алионы сравняют ее с землей.
До сих пор не сравняли, а тут вдруг решили. Судя по тому, что его алионов Енот гонял запросто, не такие уж они и опасные, по крайней мере, пока мы в замке. Если только он, конечно, не напустит их внутрь. Но пока тумана не видно.
— Пошли, — шепнула я Хлое. — Надо где-то спрятаться.
Мне казалось, мы жутко громко топаем. Но здание было хорошее, не старое, так что лестницы не скрипели, ковры не шуршали, а Роман неспешно брел наверх, комментируя каждый свой чих. Этим он мне только помогал, и не то не понимал, не то специально давал о себе знать. Но зачем? Загадка та еще.
Мы свернули в какой-то коридор, а он, как назло, оказался тупиковым. Возвращаться я побоялась, и хорошо, что Хлоя не могла кричать. Мы юркнули в ближайшую комнату. Я осмотрелась. Комната напоминала нечто среднее между костюмерной и магазином платьев. Она вся была завешана, заставлена и завалена одеждой, обувью и различным реквизитом. Перед носом вспыхнул листок.
— Костюмерная театра, — прочитала я записку Хлои. — Здесь есть выход на сцену и в зал.
Она указала на неприметную дверцу в конце комнаты. Что ж, убегать нам есть куда, в случае чего. Мы сели за самой дальней вешалкой. Пышные юбки надежно скрывали нас от любого, кто заглянет из коридора. Хлоя немного дрожала, но спокойно сидела. Я тоже, хоть и нервничала, верила, что до утра протянуть получится. А там снаружи не будет ни алионов, ни горгулий, и уж с одним-то мужчиной я справлюсь.
Голос Романа вдруг прозвучал совсем близко:
— Где ты, Алена? Выходи, странники не прячутся в пыльных чуланах.
Я почти почувствовала, как поворачивается ручка нашего чулана. Схватила Хлою за руку, готовая выскочить на сцену, но со стороны Романа раздался какой-то звук. Словно… словно кто-то или что-то как следует дал ему под дых. Послышался звон стекла. Грохот. Несколько сдавленных ругательств, и вот тут я не выдержала.
— Если что, беги и прячься, — велела я ей.
А сама подбежала к двери и резко ее распахнула. Роман с окровавленной головой отступал, держа перед собой сияющий синий щит, словно сотканный из сотен светящихся нитей. На него наступал Енот, кидая небольшие метательные ножи с невероятной скоростью. Большую часть Роман просто пропускал, отбивая щитом, некоторые взрывал прямо в воздухе. Один, судя по крови, струящейся по лицу колдуна, все же попал в цель. Хотя бы царапнул.
Он воспользовался тем, что Енот на меня отвлекся, и несильная, но довольно ощутимая волна отбросила нас назад. Разлетелась в щепки стеклянная витрина с наградами и достижениями местного театра, я закрыла лицо и голову руками, чтобы не порезаться, а когда все стихло, Роман уже исчез.
— Трус, — презрительно фыркнул Енот, словно ничего и не случилось.
И строго на меня посмотрел:
— Ну, и как ты здесь оказалась?
