Всего их было около десятка, более точно я не успел сосчитать, в руках они держали мечи, ножи, палицы, а у одного я заприметил топор. Отвод, удар — и рука, отрубленная по локоть, падает на землю, но скелет пытается достать меня здоровой и плевать ему, что в ней нет оружия. Отскочил назад вправо, взмахом меча, отрубая руку уже другому врагу, орудующему двумя ножами. Тому тоже от этого не жарко и не холодно. Краем глаза замечаю, что Агат не менее успешно сражается со своими противниками — один скелет тоже лишился руки, а второй разделен на две половины, и та, что с головой, пыталась доползти до моего коня. Делаю вывод, что ни отрубание рук, ни переруб пополам их не убивает, остается отрубить голову и глянуть на результат. Решил применить технику родного мира — и чуть было не поплатился за это. Оказалось, что она на нежить не действует. Тут же вошел в транс и принялся просто отрубать им головы.
Вдруг взвыло чувство опасности, и я, не раздумывая, отпрыгиваю в сторону, создавая мечами вокруг себя защиту. Это меня, вероятно, и спасло, поскольку мелькнувшая тень была слишком быстра для меня. Услышал громкое и грозное ржание Агата и почувствовал его приближение. Развернулся в сторону, куда мелькнула тень и успеваю заметить очень бледного мужчину, быстро приближающегося ко мне. Атакую его клинками, но он каким-то образом умудряется проскочить между ними и когтями наносит мне удар по правому боку. Именно когтями, а значит, это не человек, но в голове стоит только слово «нежить». Блин, как вот с ним сражаться, если я совсем не знаю повадок этого существа. Рядом оказывается конь и прикрывает меня от следующей атаки этого непонятного и неизвестного врага. Но я прекрасно понимаю, что коню очень тяжело бороться с таким быстрым врагом, и приказываю отойти, тем более что остались еще скелеты.
Сам же пытаюсь менять стиль обороны, поскольку увидел, что враг подстроился под него. Несколько секунд удается его не подпустить к себе, но атаковать я не успеваю. Обе памяти подсказывают, что только одна оборона ведет к проигрышу. Пытаюсь импровизировать и получаю еще раны, и понимаю, что стиль, которому меня обучали, отточен до мелочей, а чтобы импровизировать с таким противником, надо быть мастером меча. Особо ни на что не надеясь, применяю движения контроля — у меня получается! Первые же движения и когти врага проходят в считанных сантиметрах от моей головы, а мне впервые удалось нанести ему рану. Пусть это обыкновенный порез на спине, но важен сам факт. И полностью погружаюсь в соответствующее состояние. Замечаю эмоции удивления на его лице, а после последовавших еще двух успешных атак, уже нечто злобы или гнева. Все это вместе взятое, придало мне какую-то легкость, чувство невесомости и задор.
Мой противник меняет стили атаки, это видать невооруженным глазом, но все равно они не достигают цели. Прокачка внутренней энергии остановила кровотечения, но я чувствую, что еще немного и такая усталость навалится на меня, что не поможет ничто. И вижу, что враг устремился на меня, что называется в лоб, захотел связать меня очень ближним боем, где мечи будут бесполезны. Движение левой ноги вперед одновременно с взмахами рук в туже сторону, и резкий прогиб назад, а мечи продолжают свое движение, ловя голову врага в ножницы. Я обессиленный сажусь на землю почти рядом с трупом врага, голова которого откатилась метра на три. Посмотрел на своего друга, который уже справился с остатками скелетов и в данным момент подошел ко мне, ткнувшись своей головой мне в грудь. От этого я просто завалился на спину, раскинув руки в стороны. Посмотрел на Агата — сумки во время боя куда-то делись.
— Агат, — обратился я к коню, — найди и принеси седельные сумки.
Постоянно удивляюсь разумности своего коня, вот и сейчас он развернулся и пошел в сторону своего боя, а я заметил три глубокие, кровоточащие раны. «Значит, и для тебя бой не прошел без последствий», — подумал я. Мне бы кольчугу где-то взять и не пострадал бы сейчас. Как жаль, что ничего подходящего не было ни у ракшасов, ни у валькирий, с ними сражавшихся, ни у бандитов-работорговцев. Смог заставить себя поднять и перейти подальше от трупа и костей скелетов. Мне принесли одну сумку, заглянув в которую, понял, что нужна вторая. Достал мазь из второй, поднялся и принялся обрабатывать раны коню, затем себе. Съев холодный кусок мяса, завалился спать, только и успел достать одеяла и укрыться ими.
Проснулся глубокой ночью, увидел на фоне звезд коня, охранявшего меня, поблагодарил незнамо кого за то, что встретился с ним, и опять уснул.
