С э р О л и в е р С э р ф е с. О, это образец для молодых людей нашего времени! Но что это значит, сэр Питер? Вы вопреки моему ожиданию не присоединяетесь к нашим похвалам вашему другу Джозефу?
С э р П и т е р Т и з л. Сэр Оливер, мы живем в чертовски скверном мире, и чем меньше мы хвалим, тем лучше.
Р а у л и. Как? И это говорите вы, сэр Питер, вы, который никогда в жизни не ошибались?
С э р П и т е р Т и з л. Ну вас обоих! Я вижу по вашему зубоскальству, что вам все уже известно. Я с вами тут с ума сойду!
Р а у л и. Действительно, сэр Питер, чтобы вас не мучить дольше, мы должны сознаться, что знаем все. Я встретил леди Тизл, когда она шла от мистера Сэрфеса. Она была так расстроена, что просила меня заступиться за нее перед вами.
С э р П и т е р Т и з л. И сэр Оливер тоже все знает?
С э р О л и в е р С э р ф е с. Во всех подробностях.
С э р П и т е р Т и з л. Как? И про чулан? И про ширму?
С э р О л и в е р С э р ф е с. Да-да, и про модисточку-француженку. О, до чего эта история меня позабавила! Ха-ха-ха!
С э р П и т е р Т и з л. Это было очень смешно.
С э р О л и в е р С э р ф е с. Я в жизни так не смеялся, уверяю вас, ха-ха-ха!
С э р П и т е р Т и з л. Да, забавнейший случай! Ха-ха-ха!
Р а у л и. И Джозеф со своими правилами, ха-ха-ха!
С э р П и т е р Т и з л. Вот именно, со своими правилами. Ха-ха-ха! Лицемер несчастный!
С э р О л и в е р С э р ф е с. И как этот мошенник Чарлз тащил сэра Питера из чулана, ха-ха-ха!
С э р П и т е р Т и з л. Ха-ха! Это было дьявольски занятно, честное слово!
С э р О л и в е р С э р ф е с. Ха-ха-ха! Ей-богу, сэр Питер, хотелось бы мне видеть ваше лицо, когда упала ширма, ха-ха!
С э р П и т е р Т и з л. Вот именно, мое лицо, когда упала ширма, ха-ха-ха! Куда я теперь сунусь с моей головой!
С э р О л и в е р С э р ф е с. Нет, конечно, нехорошо смеяться над вами, мой старый друг, но, честное слово, я не в силах удержаться.
С э р П и т е р Т и з л. Ах, пожалуйста, потешайтесь надо мной сколько вам угодно! Мне это решительно все равно! Я и сам хохочу над всей этой историей. Да-да, по-моему, замечательно приятно быть посмешищем своих знакомых. О да, и затем в одно прекрасное утро прочесть в газетах про мистера С., леди Т. и сэра П.; как это будет весело!
Р а у л и. Откровенно говоря, сэр Питер, какое вам дело до насмешек дураков! Но я вижу, леди Тизл прошла в соседнюю комнату. Я уверен, что вы так же искренне хотите примирения, как и она.
С э р О л и в е р С э р ф е с. Может быть, я ее стесняю своим присутствием. Поэтому я оставлю честного Раули вашим посредником. Но пусть он, не мешкая, приведет вас всех к мистеру Сэрфесу, куда я сейчас отправляюсь, и если мне не удастся образумить ветреника, я по крайней мере изобличу лицемера.
С э р П и т е р Т и з л. О, я охотно посмотрю, как вы там откроете, кто вы такой, - хоть это и очень неудачное место для всякого рода открытий.
Р а у л и. Мы скоро будем.
Сэр Оливер Сэрфес уходит.
С э р П и т е р Т и з л. И все-таки, Раули, она не идет.
Р а у л и. Да, но дверь, как видите, она оставила открытой. Посмотрите, она плачет.
С э р П и т е р Т и з л. Ну что же, легкое сокрушение женщине к лицу. Вы не думаете, что было бы полезно дать ей помучиться немного?
Р а у л и. О, это с вашей стороны невеликодушно!
С э р П и т е р Т и з л. Я, право, не знаю, что и думать. Вы помните, как мне попало в руки ее письмо, несомненно написанное Чарлзу?
Р а у л и. Явная подделка, сэр Питер, нарочно вам подкинутая. Это один из тех вопросов, которые вам должен будет разъяснить Снейк.
С э р П и т е р Т и з л. Мне бы хотелось наконец успокоиться на этот счет. Она смотрит сюда. Как удивительно изящно она повернула голову! Раули, я к ней подойду.
Р а у л и. Ну, разумеется.
С э р П и т е р Т и з л. Хотя, когда узнают, что мы помирились, надо мной будут в десять раз больше смеяться.
Р а у л и. Пусть смеются, а в ответ на насмешки покажите людям, что вы счастливы им назло.
С э р П и т е р Т и з л. Честное слово, я так и сделаю! И, если я не ошибаюсь, мы еще можем стать счастливейшей четой во всей стране.
Р а у л и. Знаете, сэр Питер, кто раз навсегда отбросил подозрения...
С э р П и т е р Т и з л. Довольно, господин Раули! Если вы хоть сколько-нибудь ко мне расположены, никогда не произносите в моем присутствии чего-либо похожего на изречение: я их наслышался столько, что мне их хватит до конца моих дней.
Уходят.
КАРТИНА ТРЕТЬЯ
В библиотеке Джозефа Сэрфеса.
Входят Джозеф Сэрфес и леди Снируэл.
Л е д и С н и р у э л. Нет, это просто неслыханно! Ведь теперь сэр Питер немедленно помирится с Чарлзом и, разумеется, не будет больше противиться его женитьбе на Марии. От этой мысли я сойду с ума!
Д ж о з е ф С э р ф е с. Гневом вы делу не поможете.
Л е д и С н и р у э л. Здесь ничто уже не поможет. О, какая я была дура, какая идиотка, что связалась с таким разиней!
Д ж о з е ф С э р ф е с. Уверяю вас, леди Снируэл, что больше всех пострадал я сам. Однако же, как видите, я спокоен.
