П: Да. Мел старался быть всегда рядом с любимой. А когда ему удавалось коснуться ее, у него кружилась голова, он потел, и некоторое время даже не мог писать. Но Губка на своем веку видела не один кусочек мела и все они исписывались. А после появлялись новые. Она считала, что на ее век мелков хватит и торопиться с выбором не следует. Ее и так носят на руках.
М: Долго, наверное, ждала?
П: Именно. А время шло. Мел становился все меньше и меньше. Последними его словами на школьной доске стали «Летние каникулы». Потом последняя крошка Мела скрипнула и наш герой исчез. Губка была уверена, что скоро появится новый мел. Но время шло, а ничего не менялось. Никто не обращал на нее внимания – ведь когда нет мела, и губка не нужна. Наша героиня ссохлась и потрескалась под лучами летнего солнца. А когда начался новый учебный год, уборщица выкинула ссохшийся комочек и положила новую губку.
М: И она осталась одна?
П:
М: Папа, а кто такие «нахлебники»?
П: Где ты такое слово услышала?
М: Во дворе.
П: Это те, кто кормится за счет других. Все взрослые, если не старые и не инвалиды, сами должны зарабатывать на хлеб. Слушай сказку на эту тему.
В одной многоэтажке жили Ворона на чердаке и Крыса в подвале. Обе добывали пропитание в одном дворе и недолюбливали друг друга. Но однажды в подвале травили грызунов, и Крыса убежала на чердак.
М: А как она туда добралась?
П: Крысы очень способные, даже по мусоропроводу и канализации путешествуют. Так вот.
– Милая Ворона, позволь остаться, пока у меня дома травля, – попросила Крыса.
Вороне не очень-то хотелось помогать конкуренту, но она сжалилась:
– Ладно, оставайся. А что будешь есть?
– Да мне много не надо. Черствую корочку принесешь – и то ладно.
– Хорошо.
М: Жалко Крысу. Ведь ей есть нечего.
П: Правильно. Но все хорошо в меру. Ворона делилась с Крысой добычей: то колбаски принесет, то сыра, то хлеба. Крыса попьет дождевой водички и бегает по чердаку, резвится. Неделя так прошла, другая. Давно травля прекратилась, а Крыса не спешит домой. А зачем? Еды-воды вдоволь, светло, хорошо. Есть, где побегать – не то, что в темном подвале. Терпела-терпела Ворона и спрашивает:
– Ты когда домой-то возвратишься?
– Скоро-скоро, – отвечает Крыса. – На днях съеду.
И кормит Ворону обещаниями неделями.
М: Нахлебница?
П: Да. Вороне тоже нелегко пищу добывать. А тут еще Крыса привередничать начала:
– Что это ты все с помойки тащишь? У меня живот болит от такой пищи. На верхнем этаже сетка висит с колбасой, достань!
– Это нелегко, – отвечает Ворона. – Авоська крепкая. И люди нас потом гонять будут.
– Боишься? – кипятится Крыса. – Тогда я сама.
Ворона молчит, усмехается про себя. А Крыса решила показать, какая она ловкая. Слезла по стене к авоське и колбасу пыталась достать. Но не белка же она – сорвалась и упала прямо в подвал. Лапки отбила и теперь на чердак забраться не могла.
М: Ну и поделом ей.
П:
М: Что-то мне не хочется спать.
П: Время пришло. Ты и в шахматном кружке сегодня, говорят, усидеть не могла, все вертелась. Тебе было скучно?
М: Нет, я люблю играть в шахматы. Но долго не могу сидеть смирно. Я хочу быть свободной.
П: Ну, Маша, свободу надо заслужить. Слушай сказку на эту тему.
Королевская пешка сделала ход «e2-e4». Игра началась.
М: Сказка про шахматы?
П: Про них тоже. Пешка знала, что в шахматной игре ее роль маленькая: прикрывать фигуры и давать им удобные форпосты. Пешки мало значат, ими часто жертвуют. И ходят они только прямо на одну клетку. То ли дело фигуры! От них зависит судьба партии.
М: Да, так и наш тренер говорит: не надо цепляться за пешки.
П: В жизни всякое случается. Наша Королевская Пешка мечтала о свободе. Она хотела ходить на много клеток вперед и (страшно представить) даже назад! Вон слоны и ладьи летают через всю доску, с края на край. Конь ходит недалеко, зато может прыгать через фигуры. А королева – вообще как хочет и куда хочет. И только пешки вынуждены упорно идти вперед и вперед, по одной линии.
М: Королевской Пешкой часто жертвуют.
П: Да. Только-только началась партия, а ты уже лежишь за пределами сражения. Обидно. Но на этот раз игра нашей маленькой героини продолжалась и продолжалась. Жертвовались пешки, разменивались фигуры. Даже грозные ладьи и всемогущая королева уже отдыхали за пределами доски. И только Королевская Пешка шла и шла вперед. И о, чудо! – на краю доски она превратилась в Королеву! Исполнилась мечта, теперь она свободна! Можно ходить, куда хочет. Хоть по горизонталям, хоть по вертикалям! А можно вообще наискосок, как слон!
М: Ее мечта осуществилась?
П: Она думала так. Но игрок сделал только два коротких хода новорожденным ферзем. Один из них сопровождался словом «шах», другой «мат». Игра закончилась. И наша Пешка поняла простую истину: кому много дано, у того нет свободы.
М: Почему?
