– А нельзя как-нибудь без этого, зачем бабу-то валить, да и Гусев этот на кой вам сдался. А «Солдат» и так уже на пределе…
– Да че на пределе – все сбоит и сбоит, правда, надо отдать ему должное, накопал на «измайловских» столько, что ни съесть не переварить, в натуре красавец, повезло тебе с ним, «Малой»!
– Да если бы мифических задач ему не ставили, все получалось бы на красоту… – Андрей понимал, что все сказанное вряд ли возымеет воздействие, а потому не стал договаривать, предоставив поле для общения обоим Сергеям. В любом случае, когда дело коснется финансов, оба шашкомахателя будут слушать только его. Тем временем он взял лежащее рядом меню, мгновенно рядом нарисовался комарильо, как здесь называют официантов… На раскрытых страницах обратило на себя внимание блюдо стоившее вдвое дороже остальных, напрягши память «Малой» перевел – «Ворота Принца», готовится из копчиковой части хвоста… Прочтенное произвело впечатление съеденной тухлятины, официант удивился гримасе, но поняв причину показал на тарелку «Оси», который заказывал блюда исходя из их стоимости.
Андрей прыснул от смеха, а на вопросительные взгляды соратников показал меню, и объяснил, что Серж буквально поцеловал, да что поцеловал…, задницу быку, который по обыкновению перед смертью «делает кучу» (может последнее он и придумал). «Ося» прошипел, наливая полный бокал вина:
– Загасился…, так и до «петушатника» недалеко…!.. – Залпом осушил налитое, выдохнул и посмотрев на остальных участников застолья, издевательски с улыбкой поздравлявших его с удачей, добавил:
– Ну я вас тоже проложу…, в натуре, «Ворота Принца»!!!.. Ладно поехали встречать, до самолета полчаса, как раз успеваем…
…«Солдат» отказался работать по Сонниковой – той самой женщине – бизнес леди, которая мешала пробраться к льготам патриархии по карго, это получилось довольно просто, хотя и заронило в душу Оси» обиду, с этого дня начавшую копиться не по детски быстро, ему почему-то вторил второй Сергей «Лысый», и скоро это выльется совсем в неожиданное решение, вбивший клин между ими и Андреем, который, надо отдать ему должное, встанет именно на сторону Алексея, но это будет через почти два года, когда траектория существования «профсоюза» направится к его гибели.
Сегодня четвертым вопросом для обсуждения с «чистильщиком», после «Сотниковой», стали: необходимость ускорить работу по «Акселю», вплоть до того, что на все остальное забить и забыть до поры – до времени. И конечно, что явилось интересным сюрпризом для «Сотого» – тема ситуации с «Золотцем», положение в котором для братвы стало гораздо выгодней в пику им ожидаемого.
Почему-то о Весне (мир тесен, ведь именно о ней мы слышали в ресторане, как о девушке, якобы обманувшей одного из людей Сергея с наркотиками, в чем не было ни слова правды) разговор не зашел, может из-за его отказа, решили оставить на потом, или все сделать самим никого и ничего не спрашивая.
Таким образом опасность вновь нависла над прекрасным созданием, которому еще суждено сыграть далеко не последнюю роль, а может даже и гораздо большую, в жизни героя романа, но пока об этом не только никто не подозревает, но и не знает, и тем более, как сложится их судьба ни в ближайшее время, ни, тем паче, в более отдаленное от сегодняшнего дня, который закончился в гостях на вилле Андрея в семейном кругу четы старшего Рылева, в честности которого Алексей пока не ошибся…
«В мире не Свет окружает тьму – от нее нет даже тени… Есть просто Свет и места, где мы Его не замечаем».
«Живым нужны живые, а усопшие – новой растительной жизни».
«Превращения дурнушки в принцессу – истории набившие оскомину, начиная с просмотренных в детстве индийских фильмов и сюжетов из детских сказок, услышанных на ночь еще в детстве. Этот же сюжет был своим – не придуманным и произошедшим в жизни Алексея. Этот лучик проникший из захолустья и несчастья жизни другого человека, пробив жесткорузлость корки, которой обросла зачерствевшая душа, не так уж давно, по планетарным меркам, потерявшая свое счастье, а после и, хотя бы, надежду на обычное обывательское благополучие, человека, представляющего сегодня сплав решительности, изворотливости и осторожности, и все это лишь для одной цели – не то, что бы мстить, но действовать, и таким образом напоить безудержную и нестерпимую боль потери и одиночества, скрепленные безысходностью и не сопротивлением, а может уже и нежеланием противостоять этому.
