Была ли нужна эта самая надежда кому-то из них? Скорее нет, но из мест зловонных тянутся к чистому и светлому, пусть даже и подозревая в них обман.
Он устал терять и опасался приобретать заново, понимая, что найденное имеет свойство снова становиться принадлежащим не ему, переходя в мир иной или просто другому. «Солдат» не желал больше этой боли, уже подумывая об уединении, возможно просто готовясь к страшному приговору, отбывать который придется в месте, где о человеке забывают даже близкие, а ему самому никто уже не нужен и никто никогда не поможет…, конечно кроме Бога.
Нет, боль не утихала – он просто научился ее прятать глубоко и надежно, настолько надежно, что уже начал забывать историю ее происхождения. Со временем бывший «чистильщик» ловил себя на мысли, что сразу не может вспомнить, чем же эта женщина, показавшаяся в первый день их «знакомства» мальчиком – бомжиком, так оскорбила его, видя теперь в своей памяти только свои вины по отношению к ней…
Он простил, смирился, замуровав сердце, закрыв внешние двери на тяжелые затворы забвения, а ключ уже собирался выбросить…, как вдруг услышал не просто стук, а таранные удары, чего-то мощного и ранее неведомого… Таран носил красивое имя Ксения и буквально первым же ударом разнес в мелкие кусочки не просто часть стены, но всю фортификацию разом…
Стоило ли сопротивляться? Пусть намерения «завоевательницы» не известны, как и глубина ее планов – что с того, что со временем это могло стать новой болью, а сегодня почти еще ничем и не было, если конечно, не считать этих двух с небольшим часов проведенных вместе, словно в жерле извергающегося вулкана… Вулкан, кстати, оказался на деле действительно разрушающим – примерочная в самый фееричный момент, не выдержав, развалилась таки, что прибавило дополнительную бурю эмоций, очевидцем которых стала, так вовремя появившаяся хозяйка, и что конечно пришлось компенсировать…
Не желая сопротивляться, он увлекся этим чувством, пока не развернувшимся, лишь бликующим из неизвестного далека, обещающим раствориться в дымке завтрашнего утра и нависших проблем, самая простая из которых – нахождение уже в международном розыске…
Ему было приятно думать о Ксении, тем более, что далеко обращаться не нужно – все, что касалось этой девушки, держалось в сердце и лелеялось душой. Наблюдая свои зарождающиеся чувства, Алексей не подозревал о взаимных ее, но у Господа все промыслительно, и, конечно, не ради приключившегося в примерочной свёл их Господь, что слишком явно чувствовали оба, и дали себе слово – обязательно найтись…
И следа не осталось от Весны в сердце «Солдата»! Разбушевавшаяся в его душе буря от одного взгляда Ксюши, незаметно вынесло до последней песчинки все прежние переживания и надежды, оставленные там женщиной, носящей имя, его любимого времени года. Но вакуума не чувствовалось, чуть заметный огонек пламени начинал потихонечку отогревать пустоты… – то ли настоящее чувство не поселяется в холоде, то ли настоящая женщина одною мыслью о себе в состоянии растопить непроницаемую корку смёрзшихся помоев человеческих грехов, освобождая путь очищения души, даря шанс, даже самому потерянному, для спасения грешнику…
И он принял то, от чего уже не мог отказаться, чего подсознательно желал, но чему в сознании не верил…
Чудеса не происходят сегодня, они готовятся еще до нашего рождения и ждут, пока мы дойдем. Беда в том, что мы часто не замечая, проходим мимо, плюем на них, насмехаясь над их чистотой, непорочностью, не понимаем их сути, а прикоснувшись, не можем оценить эти дары, приняв же, не в состоянии сберечь, и бросая, испепеленные своими страстями, ищем новых, но находим лишь пошлые копии и дешёвые подделки.
А настоящее по прежнему рядом, милость Божия так и не покидала нас, но мы снова прося, опять сомневаемся, что дастся, а когда вопреки здравому смыслу даруется, вновь не замечаем, не ценим, теряем, а то и просто проскакиваем в суете, не воспринимая видимое за настоящее.
Он заметил, потому что страдал! Он оценил, потому что всегда терял! И он начал хранить, даже еще не обретя, полюбив, просто поверив, охваченный Верой, Надеждой и… Теперь он знал – Господь милостив к нему, но дар этот не столько к счастью, сколько к чистилищу, которое нужно будет пройти, осторожно и бережно неся и на руках, и в сердце, ту, чьи мысли, желания и взаимность Алексей ни предполагать, ни даже подозревать не мог…, но верил.
Дар Божий всегда обретается нами в комплексе, как правило нас охватывают и чувства к нему, что неразрывно связано, а поскольку предмет обожания мы видим, а сама любовь не осязаема, человек редко в состоянии трудиться над сохранением и того, и другого. Но что не возможно человеку – возможно Богу!
Вернемся к Михаилу, к которому направил свои стопы «Сотый» после Санкт-Петербурга, предполагая собраться с силами, разобраться в мыслях, еще раз проанализировать произошедшие события и поставить точку в решениях на будущее. Итак Карелия…
