Шмуц полностью

Всю стену за деканом занимают книги. Целая стена, возвышающаяся до потолка. Никакой лестницы рядом не видно. На столе у декана два монитора, один рядом с другим, и открытый ноутбук, водруженный на кипу документов на боковом столике. Сколько мониторов нужно одному декану? В его бороде хватает серебристых – да что уж там, седых – волос, прямо по центру, но по бокам она еще рыжая. На голове все наоборот: белое по бокам, рыжее пятно в центре редеющей линии роста волос. У его мешков под глазами свои мешки, складки из-за очков продавлены глубже и окрашены синим. Почему декан не высыпается? Наверное, потому что он всю ночь пишет книги по экономике. Или потому что он, как сказала Подгорец, входит в семьдесят процентов мужчин. Сидит в интернете. И смотрит.

– И зачем вам шесть предметов? – говорит он, по-прежнему глядя в компьютер. – Кто сказал, что так можно? Знаете, – говорит он, не дожидаясь ответа. – Вы еле-еле проходите.

Еще несколько щелчков, плохие новости на экране заканчиваются, и он поворачивается к Рейзл. Вздыхает. Слегка склоняет голову влево.

– Все в порядке? Может, дома что-то случилось? В прошлом семестре у вас были одни пятерки, а теперь…

Рейзл хочется убедить его, что все нормально, но она не знает, что сказать. Иногда в разговоре с мужчинами, особенно с разочарованными в тебе, лучше промолчать.

– Придется срочно пометить вас на испытательный срок. И если вы не сдадите эти дисциплины, вам придется уйти в академический отпуск. Или – хотя, конечно, не хотелось бы – можно отчислиться из колледжа. Может, вы знаете, чем еще хотели бы заняться?

Что-то еще, кроме возможности каждый день свободно перемещаться по городу и иметь собственный компьютер? Нет, ничего другого она не хочет.

– Пожалуйста, не выгоняйте меня, – умоляет она декана. – Я должна получить диплом. Мне надо помогать семье. Я уже им помогаю.

Декан кивает.

– Я понимаю.

Рейзл тоже кивает, будто он и правда понимает ее ситуацию.

– До конца семестра две недели. Вы должны закрыть все долги. Постарайтесь подтянуть оценки.

Она снова кивает, будто бы точно это сделает. Будто она может.

Как Гитти смогла так тихо зайти в комнату? Она будто не открывала двери. Как?

Но она здесь. Материализовалась рядом с Рейзл и заглянула в компьютер.

– Что это? – Гитти влезает лицом прямо в экран, как мами им в горло, когда хочет проверить, нет ли у них ангины. Мужчина голый, не считая маски на лице, шлепает женщину по тухасу. Звук выключен, поэтому шлепок беззвучный, но само движение точное и резкое. В руке, которой мужчина не шлепает, он держит поводок, прицепленный к кожаному ошейнику на шее женщины. Женщина стоит на четвереньках, спиной к мужчине. Волосы спадают ей на лицо, скрывая его. Титтес тоже свисают вниз.

– Вус из дус? – повторяет Гитти.

Рейзл тянется, чтобы захлопнуть компьютер, но Гитти кладет пальцы на экран, будто проверяя, может ли она дотронуться до этих тел.

– Тума, – говорит Гитти глухо и твердо. – «Грязное».

Жар поднимается от плеч Рейзл к шее и щекам. Если захлопнуть крышку, она зажмет пальцы Гитти между экраном и клавиатурой и раздавит их. Так что она сдерживается, чувствуя, как щеки пылают от стыда.

Гитти требовательно указывает на экран.

– Убери это. Убери сейчас же. Открой свои уроки.

Рейзл снова пытается закрыть ноутбук, но Гитти не намерена убирать руку.

– Нет, – говорит она. – Не закрывай. Тебе надо делать уроки, – у Гитти дрожит губа. – Там должны быть цифры. Покажи мне цифры, – говорит она твердым голосом, несмотря на слезы в глазах.

Рейзл чуть не выгоняет Гитти из комнаты – ведь теперь это ее комната. Но что-то в голосе сестры заставляет ее подчиниться. Она открывает таблицу и принимается за работу. Вообще-то это даже приятно – наконец-то поработать. Но странно решать задачи под присмотром Гитти.

А Гитти не уходит. Даже когда Рейзл заканчивает задание. Она хочет увидеть, что Рейзл сделает дальше, охраняет ее, будто она – старшая сестра, а Рейзл – маленькая хулиганка.

Если Гитти хочет посмотреть – пожалуйста! Пусть смотрит! Рейзл словно молнией ударяет бунтарское отчаяние – внезапная уверенность, что она вылетит из колледжа, несмотря на то что сделала сегодня одно задание, как и требовала Гитти. Даже если Гитти будет сидеть тут всю ночь и Рейзл сделает больше дел, этого не хватит. Рейзл переключает вкладку. Возвращается к видео. Женщина все еще там, на коленях, мужчина снова ее шлепает и прижимается к ее тухас, снова и снова. Теперь-то Гитти точно уйдет, она не станет смотреть. Но тут мужчина дергает поводок, и голова женщины резко дергается вверх, открывая тощее, бледное лицо. Ее глаза вытаращены от боли. Рот открыт, словно она кричит или стонет, от боли или от удовольствия – этого Рейзл и Гитти не слышат.