Речкалов вспомнил как по прибытию из училища в часть, он совершил первый полёт на «спарке» УТИ-4 с ним - тогда ещё заместителем командира полка, проверяющего у него технику пилотирования. После проверки, Иванов взял на себя управление и показал «желторотику» такой пилотаж, что у того голова болталась от борта к борту кабины.
Он тогда ещё подумал:
«Какой же я слабак в лётном деле…».
Но не пал духом, а серьёзно решив овладеть лётным искусством, через год добился своего. Не считая конечно самого Виктора Петровича - тягаться с ним мог только комэск эскадрильи, да Саша Покрышкин - его ведущий. Ну и возможно ещё с десяток пилотов полка.
Сперва полк был укомплектован уже устаревшими моделями самолётов конструкции Поликарпова: И-15бис и И-16 с мотором М-25 - «ишачок», как его ещё называли. Полк переводили из одной авиационной бригады в другую, перебрасывая то в Киев, то в Одессу… Лишь после присоединения к Советскому Союзу Бессарабии с Северной Буковиной, 55-й ИАП обрёл свою постоянную дислокацию на окраине города Бельцы. Там же, в Молдавии начался переход полка на более новые типы истребителей - И-16 с моторами М-63 и, на И-153…
Руководство ВВС планировало весной перевооружить авиаполк на ещё более современные машины, в связи с чем две бригады летно-технического состава части, были откомандированы в Москву на «Государственный авиационный завод № 1».
Эскадрилье, где служил Речкалов достались новенькие бипланы И-153, чаще называемыми «Чайками».
Летал он очень хорошо и, уже через год - после освободительного похода в Бессарабию, ему было присвоено звание младшего лейтенанта.
Всю свою недолгую лётную карьеру, Григорий опасался, что «приписка» всплывёт и тогда ему может не поздоровиться… Однако, «прилетело» совсем с другой стороны, откуда он вообще не ожидал.
Началось всё с того, что был запрещён и объявлен идеологически вредным, его (и не только его!) любимый фильм «Эскадрилья №5» - по сюжету которого вылетевшие на уничтожение танковых колонн вторгшегося противника бомбардировщики СБ, лихо расправляются с вражескими истребителями, пытавшимися им помешать. Эта же участь ждала и другие ленты: «Истребители», «Если завтра война», «Танкисты», «Глубокий рейд»… И им подобные.
На чей-то вопрос «А, что тогда смотреть?», комиссар70 полка ответил:
«Смотрите за своей боевой подготовкой, товарищ сержант!».
Накаркал, что называется!
После последовавшей вскоре проверки, от полка по сути - осталась одна эскадрилья во главе с несомненным мастером пилотажа всего, что летает – майором Ивановым Виктором Петровичем. Кроме него - Начальник штаба полка майор Матвеев, полковой комиссар Погребной… Конечно же командиры авиаэскадрилий: капитаны Атрашкевич, Жизневский, Крюков, Назаров, Барышников… Единственный имеющий боевой опыт лётчик - капитан Крюков, воевавший на Халхин-Голе, где сбил три японских самолета, сам был сбит, обгорел как головёшка, но выжил и был направлен в 55-й полк. Осталось и ещё с пяток молодых пилотов – лётчиков, как говорят «от Бога»…
Остальные проверку не прошли.
Хотя, чему тут удивляться?
Изначально, с лётных школ стали приходить очень слабо подготовленные лётчики.
Некоторые из них смущённо объясняли:
- Нам сказали, что доучивать вас будут в строевой части.
А как их «доучивать-переучивать», если в тот же самый момент был урезан лимит топлива для учебных вылетов?
И как говориться: «это были только «цветочки»»!
С декабря 1940-го года и по середину февраля 41-года, в связи со сложной метеообстановкой в Молдавии - плановые учебные полеты организовывать в полной мере не удалось. Целыми месяцами проводились лишь одиночные тренировочные полеты на самолете У-2.
Так что при проверке в первой половине февраля, откровенные «слабаки» и даже «середнячки» - отсеялись сразу.
Судьба «отсеянных» пилотов сложилась по-разному. Кого-то отправили повышать лётное мастерство в Среднюю Азию, где был образован «Учебный авиационный корпус» под началом генерал-полковника Апанасенко… Но большинство перевели в Войска ПВО страны, причём некоторые пилоты даже обрадовались этому.
Ну, а «отдельных личностей» - вообще выгнали из Вооружённых Сил, лишив звания. Даже в стрелковые части не взяли, ибо как сказал один из штабных:
«В пехоте это дерьмо - тоже без особой надобности».
Его, «мамлея» Григория Речкалова - выбросили из авиации вовсе не за недостаток лётного мастерства, или поведение со «злоупотреблениями». Медицинская комиссия обнаружила у него дальтонизм – слово до сих пор для него никогда не слыханное.
- Так что, молодой человек, Вам придётся подыскать себе другое занятие – никак не связанное с полётами на самолётах или даже вождением автомобиля71.
Ему предложили было на выбор поступить в учебный центр зенитной артиллерии, или командиров постов ВНОС (воздушное наблюдение, оповещение, связь) – обещая головокружительную карьеру… Но он отказался:
- Только самолёты!
Ибо, без неба, без полётов, он не видел смысла своего существования.
В Отделе по кадрам Одесского округа с ним разоткровенничались:
