В воздухе с ревом; свистом и грохотом пронеслись четыре самолета. Впереди финский истребитель-биплан, а за ним наседая - три русских штурмовика, тоже бипланы. Передний из последних во всю палил из скорострельных пулемётов - зелёные трассы которых, тянулись к беглецу, почти касаясь его.
Проводив взглядом всю «компанию», командир егерской роты продолжил:
- Это ночью русские перебросили на остров Германсэ батальон пехоты, миномётную батарею и роту плавающих танков. Это – дополнительно к бывшей там ранее батареи 76-мм пушек и прикрывающей её роте пехоты.
Старший лейтенант выжидающе замолчал и весь его вид говорил:
«Не один ты такой умный!».
Капитан Вуорела внутренне похолодев:
- И с какой целью?
Они уже пришли на КНП, где телефонист безуспешно сиплым голосом кричал в трубку, видимо пытаясь таким образом заглушить свой страх:
- Внимание, «Миска», внимание, «Миска», я «Ложка», я «Ложка»… Почему не отвечаешь?
Капитан, положив ему руку на плечо:
- Господин капрал! А причину отсутствия связи, Вы не пробовали поискать…?
Увидев совершенно «оловянные» глаза, повернул тому голову в нужном направлении:
- …Вот же она! Прямо перед вами.
Причина была на виду: сразу после начала войны, заранее заложенными фугасами финскими сапёрами был взорван лёд между островами Экен и Эрнен. А по льду как известно, был проложен телефонный кабель.
Ещё одна «мелочь», которую он упустил из вида, разрабатывая свой «хитрый план».
Глаза связиста стали принимать более-менее осмысленное выражение:
- Виноват, господин капитан. Каковы будут ваши указания?
- Сматывай остатки кабеля, убирай в ящик аппарат и присоединяйся к медбратьям.
Раненных судя по всему будет много и пара лишних рук не помешает.
Обращаясь к своему денщику:
- Олави! Отнеси туда же все вещи и присоединяйся ко мне с «Суоми».
Самому ему после ранения, таскать пистолет-пулемёт было не по силам. А пистолет «Лахти»123 при всех его достоинствах - не то оружие, с которым можно дожить до наступления ночи…
- Слушаюсь, господин капитан!
После чего отвечая на последний вопрос капитана, старший лейтенант рукой показал на одетые в бело-серое фигурки - вдоль гряды небольших островков перебегающие с острова Германсэ:
- Цель ему неизвестна. Он лишь корректировщик той дивизионной артиллерии, что сейчас раскатывает в «тонкий блин» передовую линию укреплений 19-й пехотной дивизии. Оттуда те – как на ладони, сам проверял.
Схватившись за бинокль и рассмотрев ещё и танкетки Т-38 грязно-серого цвета - капитан грязно выругался, что происходит с ним очень редко – от слова «почти никогда».
Намерения противника пока не ясны. Русские могли атаковать и захватить остров Эркен – где было не более взвода финской пехоты и, даже ни одного противотанкового ружья - заходя таким образом во фланг и тыл передней линии обороны финнов… А могли двигаться от острова к острову дальше - вплоть до портового города Таммисари, откуда они вышли сегодня утром.
Там тоже нет значительных сил, а вследствие таяния снегов, все финские минные поля - или уже сняты, или хорошо обнаруживаются и без миноискателей.
Пришлось скрипнув зубами признать:
«Время для захвата Финляндии, Сталиным выбрано просто идеальное!».
После наводящего вопроса:
- Наблюдательный пункт русских оборудован окопами?
- Так точно: блиндаж и стрелковые ячейки на усиленное стрелковое отделение, соединённые траншеей…
Улыбнувшись одними глазами:
- …И ход сообщения «в кустики». Через него можно не только выйти, но и незаметно войти.
Решение было принято внезапно:
- Атакуйте и захватите этот наблюдательный пункт! Желательно без шума. Один взвод оставьте возле песчаного карьера – охранять наш тыл, два других – на северо-восточную окраину острова.
- Понял! Будет исполнено.
Старший над «лахтарями» - егерями, уж было повернувшись, вдруг притормозил:
- А что делать с пленным? С русским капитаном?
Ну сумев сдержать раздражение, капитан резким тоном ответил вопросом на вопрос:
- А что вы обычно делаете с пленными?
- Понятно…
Когда старший лейтенант убежал, обратившись к вестовому от пулемётного взвода:
- Передай прапорщику мой приказ: свернуться и, быть готовыми передислоцироваться на северо-восточную сторону острова. Буду ждать возле песчаного карьера, где лазарет.
Перед тем как вернуться к своим артиллеристам, капитан посмотрел в стороны берега: русские танки уже подходили вдоль берега к гряде, за которой расположилась передовая оборона финнов - на которой по-прежнему бушевал ад.
***
Подойдя к землянке в песчаном карьерчике – где вместо двери повесили видавшую виды плащ-палатку, Аймо Хуусконен и Маркку Канерва увидели человека без головного убора, в невиданной прежде военной форме, сидящего прямо не земле. Левая кисть у него была перебинтована и, прижав правой к груди, он качал-баюкал её как ребёнка.
Догадавшись главным образом по охранявшему пленного егерю, Маркку Канерва воскликнул:
- Русский!
Они с прямо-таки с детским любопытством уставились на первого увиденного вживую врага. Тот, поднял голову и из чёрных как дуло пистолета глаз, их как кипятком - обдало смесью боли, ненависти и страха.
