Не слышимый из-за продолжающейся неподалёку артиллерийской канонады, над ними на очень низкой высоте прошёл лёгкий бипланчик - из задней кабины которого их внимательно рассматривал наблюдатель.

Первым заметив его, капитан Вуорела ловко поймал солдата – ломанувшегося было в кусты и закричал:

- Не разбегаться! Идём как шли и делаем вид, что ничего не происходит. Может, за своих примет.

За кого их приняли лётчики У-2, было непонятно. Но сделав над ними ещё круг, самолёт качнул крыльями и улетел восвояси.

 

По просёлочной грунтовке тащить пушку и ящики со снарядами было легко и вскоре они оказались на небольшом каменистом пригорке, с которого открывался великолепный вид на лёд залива и сравнительно крупные острова – Германсе, Эркэн и совсем крошечные островки между ними.

Ну и находящийся в метрах трёхстах собственный берег, конечно, заросший кустарником. Между ним и пригорком – чистое место с редкими валунами и небольшими деревьями.

Идущий впереди с группой своих егерей старший лейтенант присел и поднял руку. Когда капитан Вуорела пригнувшись приблизился, он показывая куда-то в кусты на самом берегу:

- Русские там.

Все тут же опасливо присели.

Капитан Вуорела рассматривая через бинокль:

- Вижу антенну и дымок из трубы. А где ваши егеря?

Старший лейтенант:

- Слева. Метрах в тридцати. Незаметно можно подойти вон по той ложбинке.

Оценив диспозицию, командир боевой группы «Эркэн»

- Атакуйте, как только мы с пулемётчиками будем готовы поддержать вас огнём. Где-то минут через десять. Я махну рукой.

Тот, глянув на наручные часы:

- Хорошо, господин капитан. Тогда я к своим.

- Идите. И Бог вам в помощь!

 

Проводив взглядом, капитан жестом подозвал обоих прапорщиков и показывая рукой:

- Занимайте позицию здесь, на гребне возвышенности. Используйте камни как укрытия. Пушка в центре, пулемёты по флангам. И до первого выстрела «оттуда», самим не стрелять.

 

Глава 17. «Финский цугцванг» (окончание).

 

Ветеран Зимней и Великой отечественной войны Крутских Дмитрий Андреевич124:

«Бои были очень сложные и тяжелые. Лыж у пехоты не было. Войска шли только вдоль дорог. До середины января воевали мучительно! Всему мы учились в ходе боя. А учиться в ходе боя — это значит нести потери. Надо сказать, что опыт доставался большой кровью. Я практически заменил весь отряд…

Финских мин мы не знали — найдем что-нибудь и изучаем, пока кто-нибудь не подорвется или, может, пронесет. Минировали они и площади перед плотными проволочными заграждениями, кладя мины прямо в снег. Использовали растяжки. Плотность минирования была очень большая. Двери минировали в деревнях. Первое время наши разведчики подрывались… Но с января мы уже по-другому воевали.

В одном населенном пункте зашли в дом, а в доме весит портрет Ленина. Ну, думаем, тут коммунист живет. Потом мне объяснили, что Ленина чтут за то, что он дал свободу, а тогда я этого не знал. Полезли в погреб. Там мясо, настойки, овощи. Вообще, в любом финском доме погреба были полные, но все запрещалось брать. Я мог бы картошки принести, но и это запрещалось. А у самих питание какое было — в сутки получали сухарь на четверых да кусок конины. Мы в бане не мылись четыре месяца!

Перейти на страницу:

Все книги серии Я вам не Сталин

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже