…Поправил наводку и нажал на педаль спуска:
- РАТЧ!!! АААХ!!!
Выросший среди деревьев огненный «куст» скрыл за собой пулемёт и пулемётчиков. Подъехавший танк Федорчука и его десантники, тоже добавили «огоньку», но пожалуй - это было уже лишнее… Танк командира взвода тоже поводил толстым в бронированных кольцах 152-мм стволом в том же направлении, но стрелять не стал – берёг выстрелы на более важные цели, чем какой-то задрипанный финский «Максим».
Вскоре у края возвышенности – рубежа атаки, собрался и второй взвод. Затем третий и наконец, из-за домов важно покачиваясь выполз КШТ (командно-штабной танк) майора Георгия Хараборкина. За ним показался КВ-1 и БТР-26 учебного взвода, вспомогательные бронированные машины и просто машины ремонтных и тыловых подразделений. Наконец куда-то торопясь, машины 1001-го танковой роты начали обгонять лёгкие Т-26 «местного» 297-го танкового батальона.
На выезде из посёлка Лаппохья создалась небольшая сутолока…
Аркадий с любопытством смотрел на этот «раритет», который формально был уже списан с баланса Танковых войск, но судя по увиденному - ещё сохранился в отдельных, забытых Богом и товарищем Сталиным уголках страны.
Затем его внимание привлекли двухмоторные советские бомбардировщики, возвращающиеся на свои аэродромы. Навстречу им шли другие – гружённые под завязку авиабомбами и в небе в какой-то момент стало тесно.
Все три боевых взвода сконцентрировались у начала возвышенности и они ждали только сигнала начать атаку. Вот артиллерийская подготовка закончилась и настала такая тишина – оглохнуть можно. Откуда-то сзади взлетела красная ракета и Аркадий услышал в наушниках голос Колобанова:
- Взвод…
Вдруг на севере что-то загудело, а в воздухе – зашелестело…
И очень так знаете ли – нехорошо, знакомо «зашелестело»!
И только он крикнув…:
- ЛОЖИСЬ!!!
…Захлопнул над головой люк, как небо обрушилось на землю.
***
Огневой шквал не до конца подавленной финской дальнобойной артиллерии длился недолго – буквально минута-две, но успел наделать множество бед и чуть не сорвал планы советского командования. Когда всё стихло и Аркадий высунул голову из люка, командно-штабной танк (КШТ) майора Хараборкина валялся на боку возле большой воронки. У одного из двух КВ-1 штабного взвода взрывом сорвало башню… Ярко пылал КВ-1 учебного взвода и несколько бронемашин их роты… Среди «двадцать шестых» 297-го танкового батальона - не менее десятка «костров».
Голос Колобанова по радио:
- Взвод… Доложить о потерях!
Пересчитав своих десантников, он отчитался:
- Танк младшего лейтенанта Тверского потерь не имеет.
У других боевых танков 1001-й роты все было не так радужно… Наибольшие потери понёс третий взвод: чуть ли не половина десантников выбыла из строя, у одного из КВ-1 осколком крупнокалиберного снаряда срезало ствол пушки, у командирского КВ-2 – выбило сразу два катка с одной стороны.
Но все же отделались как говорится «малой кровью» - могло быть и хуже.
Беда была с штабным взводом и тыловыми подразделениями роты.
Экипаж перевёрнутого мощной взрывной волной КШТ в главе с командиром роты был тяжело контужен, от десанта остались лишь…
Имена в списке погибших.
Одним словом атака была сорвана.
Едва старший лейтенант Колобанов крикнул ему по рации:
- Тверской! Принимай взвод!
А потом встав на башню своего КВ-2 крикнул:
- РОТА!!! ПРИНИМАЮ КОМАНДОВНИЕ НА СЕБЯ!!! Командиры взводов и отделений, ко мне!
Когда они к нему прибежали, в том числе и командир инженерно-сапёрного взвода - один инженерно-сапёрный танк (ИСТ) и два БТР-26 с сапёрами, тот посмотрев на часы:
- Приказа атаковать никто не отменял. Десять минут на то, что бы очухаться и по моей команде – вперёд!
Не успели они разбежаться, как он:
- Тверской! Сергеев! Ко мне!
Остановившись и развернувшись, они с командиром инженерно-сапёрного взвода:
- Слушаю, тов…!
- Аркадий! У тебя потерь нет, так что давай прямо сейчас – пока финны тоже не «очухались». Подчиняю тебе сапёров: ребята они боевые - если что помогут… Давайте быстрей – промедление смерти подобно!
С командиром сапёров лейтенантом Иваном Сергеевым они давние знакомые, поэтому обо всём договорись буквально на пальцах, на бегу к своим подразделениям.
Минуты не прошло, как взревев мотором, ИСТ с тралом двинулся вперёд, за ним - спешенные сапёры, два КВ-1 с десантом и наконец два полугусеничных БТР-26, со всяким-разным инженерным имуществом.
Смяв ржавые проволочные заграждения между возвышенностью и взорванным льдом, они попали под фланговый стрелковый огонь. Впрочем, сидевшие в окопах и «дерево-земляных огневых сооружениях» финские солдаты особо не геройствовали, предпочтя разбежаться после первой же вспышки огнемётной струи.
Обогнув возвышенность, выбрав удобную позицию с отличным обзором, Аркадий приказал мехводу:
- Стой!
Сильно рискуя, конечно, но он открыл люк и осторожно выглянул. Первым дело бросились в глаза огромные разрушения – буквально места не осталось живого, воронка на воронке - всё «перелопачено» артиллерией.
Однако, линия обороны была жива и она сопротивлялась!
